Сияние Каменного Сердца

Некоторые из них были, я бы сказал, в совсем негодном виде. Крики петухов доносились почти из каждого двора, как и кудахтанье куриц. Неподалёку, тучная женщина в синем сарафане и с платком на голове ругала мелкого паренька, что тот гонял гуся.

От дальнейшего осмотра деревни меня отвлекла одна жительница в возрасте. Тоже в теле, но до центнера живого веса она не дотягивала ещё пару десятков кило. В руках у неё было ведро, а рукава деловито засучены по локти. Увидев Нику и меня рядом с ней, она невольно улыбнулась.

– Какие люди, Ника! Неужто ли жениха, наконец, себе нашла? А симпатичный он. Если работать может, то забирай не задумываясь, – на весёлой ноте выдала эта женщина, а я невольно смутился.

Десять минут в деревне – уже сватают, а я даже имени своего не помню.

– Спасибо, тёть Вера, это я и хочу выяснить. Скоро узнаем, что этот дружок может, – выдала Ника, а я, похоже, понял условия своего проживания в этом доме.

Конечно же! Лишние руки никогда не лишние, за это в деревне наверняка и кров готовы делить.

Когда мы дошли до двора её дома, миновав тройку домов от тёти Веры, зайти за калитку нам помешали трое парней. Один из низ был довольно крупный. Куда крупнее меня, поскольку ощущал я себя всего килограмм на восемьдесят, максимум. А этот был ниже меня, но куда крупнее. Остальные два его товарища были среднего телосложения, а одеты все по-простому – майки, да шаровары. Весьма небрежно уложенные волосы, недельная небритость, да и в целом они были неопрятные.

Я, извалявшийся на просёлочной дороге, и то выглядел более цивильно. Этот образ заставил меня на живом примере убедиться, что Ника про них ничуть не врала.

С неспешной походкой и оценивающим взглядом самый крупный из них подошёл к нам. Его взгляд метался между мной и Никой, которую он по итогу отозвал на разговор, а я остался один на один с двумя товарищами главаря. Один рыжеволосый, с веснушками по лицу и маленькими, ехидными глазёнками, а по телосложению был чуть больше меня.

Второй – долговязый брюнет с носом-картошкой и с болотного цвета глазами явного задиралы, в которых проскакивала наглость.

Подойдя ко мне почти в плотную, он поморщил нос и, сунув себе в рот сигарету, демонстративно закурил, пустив дым мне в лицо. С этикетом у них явно нелады.

– Ну? И кто ты, нахер, такой? Героем себя возомнил что ль? Можешь закатать губу, городская выскочка.