НоустэйЛ: Катарсис

По крайней мере, сейчас, когда нахожусь в уютном местечке, где ничто мне не угрожает, а проблемы растворяются пропорционально количеству выпитого виски.

Если вы задаетесь вопросом, зачем мне так рисковать, к тому же с каждой выпитой стопкой виски риск разоблачения возрастает, объясняю. Ноустэйл – город латентных одиночек, спасающихся в промежутках между рабочими буднями и сном в подобных местах, с подобными людьми, подобным образом. Спасающихся от чего? От непринятия собственной личности; от процентов за кредиты накапливающихся снежным комом; от босса, который только и ищет повод, чтобы понизить твою зарплату; и, в конечном счете, от суицида.

Такова ноша среднестатистического гражданина Ноустэйла, и, судя по словам Создателя, сбежать или укрыться не удастся. Единственный выход – бороться.

Я не из тех, кто привык жаловаться на жизнь и презираю любого, кто прилипает ко мне с «ванильными» соплями. Речь не про Рэя, восемь лет в тюрьме соплями не назовешь. Речь о тех людях, которые, столкнувшись с проблемой (независимо от ее веса), ищут одобрения со стороны и неосознанно стремятся к тому, чтобы их погладили по головке.

Нет, я не психолог, но с уверенностью могу сказать, что их нытье и подсознательное стремление залезть за мамину юбку ставит преграду в становлении личности. Сомневаюсь, что на месте Рэя они хотя бы месяц продержались в тюрьме. Не говорю уже о том, смогут ли они перенести то, что перенес я. Ответ очевиден.

* * *

Черт, какую по счету стопку виски я выпил? Как долго торчу здесь? Взглянул на настенные часы.

Кроме числа «16» ничего не разобрал (как и то, минуты это или часы). Сфокусировать внимание на чем – либо стало крайне проблематично, а бар все больше походил на космическую центрифугу.

– Хэл, ты в прдке? – спросил Рэй заплетающимся языком.

– Да, – солгал я, сдерживая рвотный рефлекс. – Нжно отлить, я счас.

С трудом встав со стула, я направился к кабинке туалета. Да уж, направился – это громко сказано, гравитация сыграла со мной злую шутку, и через два шага я свалился на пол.

– Черт, ну как обычно! – произнес бармен, вышел из барной стойки и подошел ко мне.

– Все хрошо, я спралюсь, – настоял я, неуклюже натянув капюшон.

– Да – да, чертов рэпер, – проигнорировал мои слова бармен и помог мне встать. – На словах вы крутые, а на деле даже до сортира дойти не можете.

Спустя минуту я сидел в обнимку с толчком, извергая в него содержимое желудка. Бармен наблюдал за этим со стороны.