Мы были в Советском Союзе

– Так и ходил… А зачем в него что-то класть? Чтобы он порвался скорей? А с пустым пакетом я почти целый год ходил по городу…

Виктор многозначительно посмотрел на меня: понимаешь, мол, что это значит? Я молча наклонил голову: очень даже все понятно, полиэтиленовые пакеты нам тоже пригодятся для будущих коммерческих операций в Советском Союзе.

Вася так восторгался пакетом, так цокал языком и всплескивал руками, что мне даже стало неловко за него. Чтобы поскорее прекратить поток славословий, я клятвенно заверил Васю, что подарю ему этот пакет сразу же после того, как мы донесем наши бутылки до места назначения.

Слово свое я сдержал. Когда после недолгих поисков мы нашли укромный уголок во дворе старого дома сталинской постройки (в центре города почти все дома такие), я вынул бутылки с портвейном из пакета, поставил их рядышком на землю, а пакет передал Васе со словами: «Принимай американский дефицит!»

Вася очень бережно – «Чтобы краска не потерлась!» – сложил пакет в несколько раз и спрятал во внутренний карман пиджака.

– Ну теперь я пройдусь по центру города! – сказал он, залихватски подмигнув мне.

Мы сели втроем на скамейку и принялись по очереди пить портвейн прямо из горлышка бутылки или, как выражался Вася Венерицын, – из «горла» (произносится с ударением на последнем слоге). Весьма сомнительное, надо сказать, удовольствие! Несколько раз мне даже пришлось превозмогать приступ подступающей к горлу тошноты.

Виктору, судя по тому, как он кривился и морщился после каждого глотка, знаменитый портвейн «Иверия» тоже не особо понравился. Один раз он даже вскрикнул, подавляя рвотные судороги: «Какая гадость, этот ваш портвейн!» Лучше всех переносил питье из «горла» Вася Венерицын, но он был человек советской закалки, по всей видимости, привычный к удовольствиям такого рода.

Наконец весь портвейн был выпит. Я прислушался к своим ощущениям. В голове появилась приятная пустота, окружающий мир заиграл новыми яркими красками, и еще почему-то у меня возникло предчувствие каких-то необыкновенных событий.

Я вспомнил, что мы сегодня идем на дискотеку, и мне нестерпимо захотелось подвигаться под музыку, найти в толпе красивую стройную девушку, протянуть ей руку, заглянуть в глаза, закружить в ритме танца…

– Ну что, пацаны? – сказал я, поднимаясь. – Не пора ли нам на дискотеку?

У пацанов, очевидно, были те же самые мысли.