)(улыбка)

Наверное, это великая врачебная тайна, но в любом случае Ся отметила, что глаза мужчины были слишком эмоциональны и выразительны.

– Белиссимо! – почти что вскричал врач. – Наконец-то ты пришла в себя.

– Так, хорошо! – сказал он, с удовлетворением разворачиваясь и уходя куда-то.

От стремительности его оборота пола накинутого медхалата стала развеваться, словно представляя себя полой рыцарского плаща. Его предыдущее восклицание было таким ярким, как будто он в своей душе радостно обнимал и целовал Ся. Она почувствовала себя ещё более неравнодушной к этому мужчине, и тогда неконтролируемое любопытство отделилось от неё тихим невидимым облачком и последовало за этим мужчиной прямо в ординаторскую.

Едва он вошёл, с противоположных концов комнаты два молодых человека встали, как оказалось, тоже врачи, и синхронно сказали одну заготовленную фразу, с которой стерегли Сан Саныча уже, наверное, с час:

– Сан Саныч, вы отпустите меня сегодня пораньше?

Радостный Сан Саныч согласился в честь того, что Ся пришла в себя.

– Ладно, валите, – сказал он ординаторам.

– И как вам не хочется людям перевязки делать? Разве не об этом вы с детства мечтали? – искренне удивился он им вслед.

В ответ один ординатор просветил его:

– Конечно, хочется, но нам далеко до вас, Сан Саныч. Сан значит святой, Саныч значит лекарь. Ну или наоборот. Но не все такие святые лекари, как вы. А вот за то, что отпустили нас, спасибо огромное.

Но Сан Саныч их уже не слушал, он уже продумывал дальнейшую тактику лечения Ся.

Тут любопытство Ся, будучи вольным свидетелем этих событий, опомнилось, взялось под контроль и оставило в покое Сан Саныча…

Через неделю Сан Саныч столкнулся с двумя вопросами. Первый вопрос был тот, что он не мог найти объяснение такому быстрому заживлению травм у Ся. Она была практически здорова. И второй вопрос – её можно было выписывать, только она была без документов. Ничего внятного не могла сообщить о своём прошлом, и никаких родных она тоже не могла припомнить. Полиция тоже пока ничем не помогла.

Прямо-таки человек из ниоткуда. И как её отправить в это ниоткуда, Сан Саныч не знал.

Поэтому, коротко посовещавшись по этому вопросу с подчинёнными, которые так ничего ему и не посоветовали, он временно, прекрасно осознавая проблематику этого слова, выписал её домой. К себе домой. Как ординаторы пошутили, типа взял работу на дом. Ся не возражала. Во всей её неудачной командировке общение с этим врачом было единственным развлекательным моментом.