Клуб анонимных мстителей

Мы с Гением тактично держались в стороне, в любую секунду готовые поспешить с утешениями. Но вот Рудольф Карлович горделиво выпрямился, швырнул цветы и, не оглядываясь, зашагал прочь.

Гений кинулся догонять старика, а я помедлила, бросив взгляд на могилу. И тут же застыла, объятая ужасом. Один цветок сиротливо валялся у ограды, почти на аллее. Другой маленьким пламенем алел на мраморной белой цветочнице. Соцветия венчали острые, будто когти хищника, зубцы.

Рудольф Карлович оставил на могиле обидчика один цветок.

«Подарил» один-единственный цветок, как живому. Прошлое никуда не исчезло, не развеялось. Не умерло, не упокоилось в могиле. Оно по-прежнему жило, терзая душу безжалостными когтями, и неизвестно, существовало ли от него спасение.

Глава 4

Моя статья «выстрелила». Всего через неделю во всех киосках на самом видном месте красовался тонкий скандальный журнал с кричащим заголовком «Известный композитор – вор?» на обложке. Под статьей с коротким, но хлестким названием «Ничего, кроме правды» стояла довольно распространенная фамилия, причем мужская.

Договориться с девочкой из издания оказалось проще простого, особенно когда я свела ее с Гением. Тот вмиг обаял новую знакомую и, похоже, хорошенько позолотил ей ручку. А скоро тему подхватили и другие писаки, коршунами слетевшиеся на сенсацию.

В один прекрасный день Рудольфа Карловича пригласили на телевидение. То ли момент выдался удачным – у телевизионщиков на время иссякли обычные сюжеты с тестами ДНК и семейными перипетиями звезд, то ли история вопиющей несправедливости так всех заинтересовала, но факт остается фактом: редакторы идущего в прайм-тайм шоу обратились к нашему дирижеру.

Перед началом очередного собрания группы Мила увела Рудольфа Карловича в глубь так манившего меня коридора, откуда спустя минут десять он появился уже в сопровождении Гения. Ах, значит, я не ошиблась, там располагалось что-то интересное, видимо, личный кабинет нашего блестящего психолога! И мне снова захотелось незаметно скользнуть в этот коридор.

Спрятаться в каком-нибудь уголке, узнать, о чем Гений секретничает со своей помощницей, посмотреть, нет ли там других картин… Да бог знает зачем еще, только бы уловить суть витающей в этом коридоре тайны!

Спустя еще несколько дней мы с Анькой сидели у меня и, уплетая заказанную по столь важному поводу пиццу, внимали шустрому ведущему из «ящика». Внизу яркой лентой светилась тема передачи, в которой крупными буквами выделялось уже привычное «вор».