Битва героев

Наверно, намеренно так в Храме все построено, чтобы нападавшие застревали в узких лабиринтах. И если догадка верна, то в потолке… Вик поднял голову – и в самом деле увидел зарешеченные отдушины. Ага, бойницы они не забыли сделать для стрельбы, потому-то охраны и не видно. Преподобного Геста наверняка оберегают пуще святынь Ордена. Если верить слухам, он владеет древними знаниями, которые в старых книгах называются технологиями. Говорили, секрет полета ему известен, но вера не позволяет обратить взор свой в сторону минских предместий и Улья гильдии небоходов.

Орден не признает летунов, считает, что те, поднявшись в небо, осквернили дух и плоть человеческую, как грязные безбожники цыгане или мутанты Пустоши – полулюди-полуживотные.

Идущий впереди незнакомец свернул влево и пропал в какой-то нише, но Вик успел заметить выбившиеся из-под шляпы белые волосы. Донесся щелчок, потом стук.

Через пару шагов они поравнялись с нишей. Там под стрельчатым окном с закрытыми ставнями стояла короткая скамейка, по сторонам – голые стены.

Значит, потайной ход. Вик приостановился было, но Дюк сразу дернул его за рукав:

– Не суй нос куда не следует. В Храме его и отрезать могут, понял?

Они повернули за угол, прошли еще один узкий коридор и остановились перед короткой крутой лесенкой. На верхней ступеньке стоял высокий монах в желтом одеянии. За поясом дубинка, револьвер в кобуре, на груди бляха вроде той, что у Дюка, только начищена так, аж сверкает. Жрец, выставив открытую ладонь, приказал:

– Стоять.

Оружие, ремни – на пол.

Дюк скинул амуницию.

– Руки на затылок. Ты, – охранник достал дубинку и ткнул ею в переговорщика, – поднимайся.

Хорошо, что староста штаны по размеру выдал, подумал Вик, скидывая ремень, а то сраму было бы на весь Храм, свались они до щиколоток…

Когда Дюк поднялся по лестнице, охранник приказал:

– Лицом к стене, брат.

Он тщательно обыскал переговорщика, хлопнул по плечу:

– Проходи.

Повернулся, махнул Вику.

Поднявшись по лестнице, он увидел в коридоре еще трех жрецов – все высокие, широкоплечие и с двуствольными штуцерами. Дюк стоял лицом к стене, жрец упер стволы ему в бок, двое держали оружие на локтевых сгибах, зажав приклады под мышкой и положив ладони на широкие ремни-патронташи.

Вика обыскали.

– Вперед, – прозвучало над ухом.

Его хлопнули по плечу, жрецы расступились.

– И ты, брат, иди.

Вскоре Дюк остановился у двустворчатой двери.