Буриданы. Алекс и Марта

Буриданы. Алекс и Марта

Калле Каспер

Буриданы #2

Действие эпопеи развертывается в течение всего двадцатого века в разных уголках России и Европы и в него втянуты не только четыре поколения семьи Буриданов, но и реальные исторические лица. Поэтому семейная линия сочетается с историко-философской. Второй том эпопеи посвящен молодости семьи Буриданов, судьбе ее основателей: эстонскому крестьянину Алексу, ставшему в царской России крупным торговцем, и немке Марте. В их вроде благополучную – но благополучную ли? – жизнь вторгается революция…

Калле Каспер

Буриданы.

Алекс и Марта

Часть первая

Семейная жизнь

начало двадцатого века (продолжение)

Глава первая

Четыре ангела

Неужели я умру, подумал Герман.

Невыносимо было вообразить, что над ним больше не будет такого синего-синего, без единого облачка, неба и столь нежно греющего солнца. Сначала его увезут из палаты, как Мишу с соседней койки, а потом…

Что будет «потом», Герман не мог себе представить, но ему стало так жалко себя, так жалко, что он чуть не заплакал.

Вдруг вид на море заслонили фигуры людей, впереди стояли в ряд мужчина во френче и фуражке, женщина в широкополой белой шляпе и длинном платье, с зонтом в руках, и профессор Бобров, а за их спиной – четыре девочки в белых платьях. Герман вздрогнул: он знал, что сегодня должен был состояться важный визит, санаторий с утра лихорадило, чистоту проверяла сама главная медсестра, но все же не предполагал, что император так неожиданно появится возле его кровати.

Он дернулся, чуть ли не вскочил, Бобров сделал успокаивающий жест – не надо…

Профессор стал что-то объяснять гостям, показал им ногу Германа, даже приподнял ее немного, но Герман его не слушал, его взгляд был прикован к императору. Тот был совсем не такой, каким он его себе представлял, то есть, не высокий, не широкоплечий и не горделивый, а небольшого роста, примерно, как папа, только папа был подтянутым и энергичным, император же сутулым и сонным.

И еще, у папы был гладкий подбородок, он брился каждое утро опасной бритвой, император же оброс бородой, захватившей обе щеки и верхнюю губу, так что лица почти не было видно. И была бы это хотя бы иссиня-черная и ухоженная борода, как у доктора Сперанского, нет, она была красновато-каштановой и словно всклокоченной, как шерсть собаки Василидисов.