Нашествие. Битва за Москву (сборник)

 – Вениамин Павлович никого к своему компьютеру не подпускает, а ведь там уже винчестер начал сыпаться. Так вы его наладили?

Передача данных закончилась, лэптоп тихо пискнул и погасил шкалу закачки. Кирилл сказал:

– Кто я, по-вашему, такой? Конечно, наладил.

– Ой, это очень хорошо! Только вас Паша предупредил, это так надо сделать, чтобы Вениамин Павлович не заметил, что кто-то в его машине копался? – Девушка сделала большие глаза и оглянулась на Буревого.

Вцепившись в свою шевелюру и яростно ее дергая, ученый наседал на Назарова, который лениво отругивался, в то время как его «новый неопытный помощник» заканчивал монтировать провода.

– Ясное дело, – кивнул Кир, убирая лэптоп в сумку. – Все чисто и аккуратно, хакер носа не подточит.

– Надо вам теперь тихонько отсюда выйти… – начала девушка, и тут лопоухий кивнул Назарову, а тот сказал Буревому:

– Готовы мы.

– Ну так начинаем, начинаем! – замахал руками Вениамин Павлович.

– Шеф, какой коэффициент кривизны ставить? – спросил мягкий баритон.

– Давайте кратный шести. Все по местам! Закройте дверь! И маски надеть – всем, всем! Людочка! Где моя маска?!

– Сейчас! – пискнула курносая и негромко затараторила, обращаясь к Кириллу: – Вы тогда уж здесь побудьте, пока мы эксперимент закончим, только тихонько, хорошо?

Я вам маску сейчас тоже дам.

Выпрямившийся было Кирилл плюхнулся на табуретку. Высокий железный ящик скрывал его от большинства людей в зале, но оставаться здесь надолго все равно было слишком опасно.

Спрятав в карман очки, Кирилл надел ее вслед за остальными людьми в зале. Большинство уселись за столами, после чего помещение стало напоминать Центр Управления Полетами в миниатюре, хотя маски и портили общее впечатление.

– Назаров! – позвал Буревой.

– Да все, все уже, – откликнулся тот и вместе с лопоухим помощником вернулся на площадку.

Теперь вокруг свинцовой воронки никого не осталось. Спираль, венчающая установку, поблескивала зеленоватым металлом.

– Товарищи! – громко заговорил Вениамин Павлович, и другие голоса смолкли. – Мы присутствуем при великом… не побоюсь этого слова – историческом событии! А потому я не буду говорить долгих речей – наша работа сама говорит за себя. Начали!

Кирилл не разглядел, кто врубил процесс, услышал лишь, как установка загудела.