Наемники фортуны

Из четверых трое бородатые, но это еще ни о чем не говорило.

Донесся акающий голос охранника, который днем пытался заговорить со мной:

– Долго ехали?

– Трое суток без перерыву, – ответил человек, сидящий в одной из машин. – Здесь тихо?

В разговор вступил другой охранник:

– Ты ж знаешь, Игнат, у Разлома всегда тихо. Мутанты сюда не забредают, монахи хорошо их в том сезоне припугнули.

Нет, это не наши преследователи, а люди из Южного братства. Отвернувшись от окна, я окинул взглядом барак.

Что же меня разбудило?

Юна Гало приподнялась и посмотрела на меня. Я сел на край лежанки.

– Что случилось? – шепотом спросила девушка.

– Ничего.

– Почему ты проснулся?

– Не знаю, что-то разбудило. Но снаружи вроде все нормально. Приехал кто-то.

– Приехал? – повторила она, садясь.

– Это не монахи, какие-то местные. Еще туман там…

– Тогда ложись и спи… – Она вдруг уставилась на меня: – Какой туман? Где?

– Над озером, густой такой.

Она вскочила и босиком побежала к окну. На ней была только светлая сорочка.

Взяв хауду с лавки, я пошел за Юной. Выглянув из окна, девушка тихо ахнула.

Туман успел накрыть вышку и вползал по склону. Как-то странно он двигался. Широкой полосой, которая грозила разделить поселок надвое так, что в одной половине останутся ворота, заправка и двухэтажный дом с парой бараков, а в другой – здание, где находимся мы, котельная и трансформатор с пригорюнившимся карликом на табурете.

Движение на вышке привлекло мое внимание, и я подался вперед, продавив лбом пленку в окне. Часовой дергался, лежа поперек дощатой площадки. Мы с Юной Гало сказали хором:

– Некроз!

Получилось громко, в углу заворочался нефтяник. На соседней койке сел другой, проворчал что-то сонно.

– Быстро одевайся, – прошептал я Юне. – Туман сейчас отрежет нас от сендера.

Девушка поспешила назад, я за ней, на ходу натягивая на плечи лямки комбеза. Нефтяник, пробормотав что-то, опять улегся, второй взял с лавки бутылку и стал гулко пить.

Пока я подпоясывался и доставал спрятанную под лежанкой котомку, Юна успела одеться. Нефтяники вроде успокоились, все опять улеглись.