Охотники на мутантов

Да, наверное, с одного из них сталекер и спустил шкуру.

– Для чего это? – шепотом спросила она. – Василий… дядя Василь, слышите?

Сталкер не ответил. Он снял с пояса плоскую флягу, отвинтил крышечку – запахло спиртом. Сосредоточенно расправил вторую тряпицу в полуметре от первой, положил на нее «Ночную звезду», а «Вспышку» – рядом с миской, щипцами и прочим. И задумался, уставившись на артефакты. По воздуху вокруг «Звезды» расплывались волны света, «Вспышка» испускала бледное свечение. Лесник поднял взгляд на Настьку.

– Никому не рассказывай о том, что сейчас увидишь, – произнес он очень серьезно.

– Я… – Настька смутилась, будто сталкер уже уличил ее в этом. – Хорошо, я никому не скажу. Честное слово! А… а что я сейчас увижу?

– Увидишь, как из двух артефактов я сделаю сборку – один, но с новыми свойствами. Это мало кто умеет. И такими тайнами не делятся.

Мало что поняв, Настька кивнула. Лесник привстал, провел ладонью над «Вспышкой» и, помедлив, взялся за иглу.

Девушка закусила губу.

– Что вы хотите делать? – спросила она. – Ей будет больно?

– Не дури. Это артефакт, а не животное, ему не может быть больно.

– Но…

Он глянул на нее – взгляд был затуманен, сталкер явно думал о другом.

– Молчи, говорю.

– Хорошо, – прошептала Настька едва слышно и стала смотреть дальше.

Лесник задумчиво повертел иглу, отложил, взял клещи – и вдруг ковырнул ими бок «Вспышки». Настька вздрогнула, прикусив губу чуть не до крови.

В воздухе вокруг артефакта разлетелись искры. Из надорванного бока выскользнула тонкая молния, зазмеилась по тряпице, погасла. А сталкер уже быстро разворачивал шкурку, казавшуюся маслянистой, будто ее пропитали каким-то составом. Лесник завернул в нее «Вспышку». Теперь свет едва пробивался наружу.

Он взял щипцы, несколько раз осторожно перекатил сверток с места на место – изнутри слышалось потрескивание.

– Так, – пробормотал сталкер. – Так…

Артефакт вдруг качнулся сам собой, Лесник толкнул его ладонью, чтобы не съехал с тряпицы.

Шкурка начала чернеть. Затрещало, в воздухе возникли белые огоньки и сразу погасли. Настька смотрела во все глаза. Шкурка стала неприятной с виду, когда Лесник начал снимать ее с артефакта, она рвалась под пальцами, темные липкие жгуты тянулись от «Вспышки», лопались с тихим треском.

Лесник снял шкуру и бросил в кружку, куда налил спирта из фляги. Спирт забурлил, запузырился.