Моя жизнь и стремление. Автобиография

Но как раз ровно наоборот. У меня ничего не отняли, но было дано очень, очень много – никакой поддержки и защиты от земли, а только веревка, достаточно прочная и твердая, чтобы спастись на ней, если откроется подо мной бездна, от которой, как утверждают фаталисты, я был зависим с самого начала.

Сейчас, когда я начинаю говорить об этой бездне, я вхожу в те области моей так называемой юности, в которой находились и лежат до сих пор болота, от них и поднимались все туманы и все яды, через них моя жизнь и стала для меня непрерывной, бесконечной мукой.

Эта бездна имеет свое определение, так что я могу назвать ее точным именем – Чтение.

Я не упал в нее внезапно, нечаянно или неожиданно, но спустился в нее шаг за шагом, постепенно, медленно и сознательно, осторожно направляемый рукой отца. Конечно, он знал не больше моего, куда нас заведет этот путь.

В первую очередь я прочел сказки, затем книгу о травах и иллюстрированную Библию с пометками наших предков.

Затем последовали различные школьные учебники старые и новые, те, что были доступны в городе.

Потом отец позаимствовал самые разные другие книги.

И кроме этого, Библия. Не подборка библейских историй, а целая, полная Библия, которую я неоднократно перечитывал в детстве, от первого до последнего слова, полностью со всем, что в ней было.

Отец считал, что это хорошо, и никто из моих учителей, даже пастор не возражал ему.

Он не позволял мне оставаться без дела, хотя бы и наружно. И он был против всякого участия в общении с другими мальчиками «дурных наклонностей».

Он научил меня, как планировать, действовать по плану, рекламировать и продвигать.

Я всегда должен был находиться дома, чтобы писать, читать и «учиться»!

Постепенно я освободился от шитья перчаток. Хотя, если даже если он уходил, от этого было не легче: ведь он брал меня с собой.

Когда я видел, как мои сверстники прыгают, возятся, играют и смеются на рыночной площади, сам я редко осмеливался выразить желание участвовать, потому что, если отец не был в хорошем настроении, это было очень опасно.

Порой, когда я сидел со своей книгой, грустный или даже со слезами на глазах, бывало, что мама тихонько выставляла меня за дверь и с сочувствием говорила:

«Пока что выйди поскорее; но вернись через десять минут, иначе он тебя побьет.