Двойная эмиграция

Фронт был уже далеко впереди, потому немцы считали, что рядом с госпиталем бояться особо нечего – госпиталь же охранялся!

Да и можно ли оградить молодость от любви, веселья и задорных приключений?! Солдаты так же, как и медсёстры, понимали, что идёт война – страшная, жестокая, но были молоды и не желали откладывать что-либо на потом! Они не собирались, скучая, ждать, когда война закончится. Они жаждали развлечений, потому как успели повидать слишком много горя и крови. Развлечения отвлекали их от мыслей о возможной смерти.

Медсёстры, смеясь, частенько обсуждали меж собой невероятные вещи, происходившие неподалёку от госпиталя один-два раза в неделю, когда немцы устраивали себе помывку. В эти дни солдаты с раннего утра начинали топить баню, черпая из извилистой речушки студёную воду, громко хохоча и что-то лопоча на немецком языке, пока ещё совсем не понятном жителям из близлежащих деревень. Вся округа тут же узнавала – сегодня у немцев будет баня…

Напарившись, немцы выскакивали прямо «в чём мать родила» из бани, стоящей на речном берегу, и прыгали в зыбкую осеннюю воду.

Пока они бултыхались, издавая громкие крики, за ними из-за кустов, хохоча, наблюдала местная ребятня – им было в диковинку, что немцы никого не стесняются, развлекаясь голышом и веселя всю округу! Озорные сельские мальчишки и девчушки слетались на эти помывки, как на бесплатный спектакль.

Множество других забавных случаев обсуждалось также медсёстрами госпиталя, но мне в эти дни было совершенно не до праздного веселья. Меня занимала лишь одна мысль – я должна была как-то пробраться к дому своей сестры Натальи, чтобы повидаться с ней.

И вот, выбрав самую хмурую ночь и воспользовавшись одной из лазеек в изгороди, под шум так кстати начавшегося дождя я заторопилась в сторону села, в котором до войны проживала семья Натальи.

Было совсем не страшно – мазанка моей сестрёнки стояла на самой окраине села…

Долгожданная встреча

До села я добралась менее чем за час. Бежала, не боясь сбиться с пути и не страшась быть кем-либо обнаруженной – проливной дождь скрывал шорохи и тотчас смывал все следы, оставленные мной.