Двойная эмиграция

Дальше мне разбираться было некогда… Я поняла, что не могу больше оставаться в госпитале, помогая немецким солдатам, не хочу спасать их жизни и оберегать покой. Довольно! Зачем я здесь?! Зачем стараюсь услужить людям, которых уже давно не уважаю и не ценю? Зачем выхаживаю солдат, чуть не погубивших мою сестру? В голове крутилась лишь одна назойливая мысль: «Они мне чужие!» Она не давала мне покоя, выматывая и изнуряя меня. Я едва смогла дождаться окончания дежурства, уже не стараясь убедить себя в обратном, как это делала раньше, мысленно повторяя, что и мои сыновья тоже немецкие солдаты и, возможно, тоже нуждаются в моей помощи.

Ничего не помогало – мне не терпелось сбежать из госпиталя. Во что бы то ни стало! Видимо, в тот миг что-то надломилось в душе и никак не хотело срастаться…

Я даже поймала себя на мысли, что пытаюсь обвинить в случившемся своего мужа Александра, убедившего меня переехать из Петербурга в Мюнхен. Я же страшилась этого переезда и согласилась лишь, поддавшись уговорам супруга.

«Эх, – сокрушалась я, – если б мы не переехали в Мюнхен, мне бы сейчас не пришлось ухаживать за немецкими солдатами, а нашим детям не пришлось бы стрелять в русских. Мы с мужем и детьми находились бы совершенно по другую сторону фронта, и конечно, воевали. Я бы лечила и охраняла покой русских солдат, а не немцев. А мои сыновья защищали бы СВОЮ Родину, шагая в одном строю – плечом к плечу рядом с моим братом, сыновьями Натальи и её Егоршей».

Тут я осознала, что давняя обида на супруга начала расти, превращая мою любовь в какое-то другое странное чувство. Что это за чувство я понять не могла, но назвать его любовью уже не старалась…

Побег

Без капли сожаления я той же ночью покинула госпиталь, хотя прекрасно понимала, что в нём без особого риска для жизни, в полном спокойствии, сытая, обутая и обогретая я могла бы ещё долгое время исполнять свой сестринский долг.

Я натянула уже не раз служившие верой и правдой высокие немецкие сапоги и так полюбившийся мне добротный немецкий плащ, в сухарную сумку сунула накопленные съестные припасы и свои документы.

Забыв про осторожность, не дождавшись очередной непогоды, я двинулась в сторону села. Вооружившись, как обычно, скальпелем, я так спешила, что не заметила, как в лесу нарвалась на немецкий патруль…

…Эти два солдата выскочили из леса на тропинку прямо за моей спиной.