Во мраке, переходившем в серебро

Он появляется, как ясное солнышко, раз в две недели или раз в месяц – увидеться с детьми на одну ночь. Мы разведены уже больше восьми лет. Он никогда не простит мне того, что я его отвергла, и продолжает мстить по каждой мелочи. Он не верит мне и считает, что я недостаточно работаю, «помогает» мне дополнительными заданиями, а проблемы с детьми – это плод моего больного воображения. Ему так легче – думать, что я неврастеничка. В его восприятии он самый лучший папа и у него самые лучшие дети, а все проблемы – исключительно во мне.

Он не знает, что растить детей с психическими расстройствами одной невыносимо тяжело. Он не пробовал, он выше этого.

Мое тело автоматически спазмирует, когда я вспоминаю о нем или нашем девятилетнем браке. Развод у нас прошел в лучших голливудских традициях – через судебный процесс, который длился три дня, а готовились к нему полтора года. Цена этого суда тоже была голливудская, но большим достижением моего адвоката было то, что опекунство физическое и легальное осталось за мной.

Это редкий случай для судебной системы США. В основном все разводы заканчиваются пятидесятипроцентным опекунством для обоих родителей. Мой бывший муж, Питер, вел себя исключительно гадко и этим впечатлил даже судью. Но детям положено видеться с папой. В моем бессменном материнстве есть передышки, когда они едут к нему на каникулы.

Вот и сейчас приближается время февральских каникул, когда дети на неделю уедут к папе, а в моем волшебном талмуде запланирована поездка на медитацию.

Девять лет назад, когда я как раз разводилась, мне попала в руки книжка Шэрон Зальцбург о методе инсайт-медитации. Я с удивлением обнаружила в конце книге адрес центра, который находится в моем штате Массачусетс, около двух часов езды от моего дома. Автор источала пронзительную искренность и доброту. Я сердцем услышала призыв и зарезервировала себе двухдневную сессию ретрита молчаливой медитации для начинающих. И была в восторге от этого места. Я сразу поняла, что мне просто необходимо ездить туда регулярно.

С тех пор по крайней мере раз или два в год я уезжаю на разной длительности ретриты. В феврале обычно предлагают сессию во время февральских школьных каникул. И этот пятидневный ретрит в моё расписание сейчас вписывается под большим вопросом.

Я взяла неделю отпуска на работе, а вот что будет с мамой? Это предвидеть невозможно…

– Вася, после школы будь дома, не смывайся, мы едем к папе. Ты собрал вещи, которые хочешь взять?

– Угу.