Во мраке, переходившем в серебро

Этот человек сделал свое дело, и больше мы с ним не разговаривали.

Мы с детьми поехали навестить маму в больнице.

– Мама, как ты?

– У них всю ночь горит свет и лампа прямо мне в лицо. Повернуться не могу. Подвинь кровать!

Благо, кровати с колесами, и легко можно изменить позицию. Подвинула кровать.

– Вот так лучше. Вася, ты почему такой нечесаный?

Вася, принципиально нечесаный, прячет глаза от мира под разросшейся буйной шевелюрой. Бабушка начинает искать расческу, ребенок ретируется в коридор.

Мама, как всегда, жалуется на всё и цепляется к медсестрам, что говорит об ее улучшающемся состоянии. Больница – депрессивное место. Лора заводится от бабушкиных вопросов, а гиперактивный Вася начинает потихоньку разносить больничную палату. Мне надо посовещаться с медсестрами, и я не замечаю, как как уходят минуты. Дети начинают меня намеренно выпихивать из палаты. Маме нужна будет реабилитация, и этим придется заниматься по телефону. Ее продержат в больнице еще пару дней.

Мы отправляемся домой.

Пришли результаты биопсии. Это почечная карцинома прозрачных клеток – агрессивная опухоль, которая сложно поддается лечению, если рассеется. Но есть надежда, что все раковые клетки были удалены. Нужно делать компьютерные сканы каждые три месяца и следить за тем, чтобы новые очаги ракового роста не возникали. Этот рак не лечится химиотерапией или радиацией. Это хорошие новости.

По дороге домой дети оживленно болтают о своих делах.

В черно-белом мире Лауры бабушка окрашена в черные тона. Когда Лора узнала о диагнозе «рак», она пожала плечами. Ей кажется, что бабушка уже достаточно много пожила на свете. И почему нельзя усыплять людей, как собак? Собак же тоже любят и от любви усыпляют, чтобы не мучились. Тут я пытаюсь прочитать морально-этическую лекцию о ценности человеческой жизни, но никто меня не слушает. Все остаются при своем мнении. Кстати, Вася, который больше всех бодается с бабушкой, молчит. Он ее по-тихому любит. Но ему тоже легче, что бабушка не на нашей территории, а находится где-то в другом месте. Да и мне, сказать правду, тоже.

В отличие от своих детей, я волнуюсь по-честному. Даже не знаю, как заставить себя перестать ворочать эти горы в голове, даже ночью. Голова – эдакий неутомимый компьютер для решения разнообразных задач, и эти медицинские проблемы – любимая кость для разминки клыков. Тихий голос внутри взывает к покою.