Бездна

 – Ты сын Ульриха и Теи, последних инженеров Чертога?

– Да, – отшельник был крайне удивлен, что память о давних событиях все еще не стерта временем.

– Твоих родителей больше нет с нами, – тихо произнесла девушка.

Фридрих присел на краешек шлюзового бассейна. Казалось, вся жизнь промелькнула перед глазами за несколько секунд.

– Они отказались от меня, – отшельник с трудом сглотнул подкативший к горлу горький комок. – После того, как погиб мой эмиранг… – дрогнувшим голосом добавил он.

– Печальная история… Меня зовут Катя. – Она смотрела на старого отшельника со смесью надежды и суеверного страха. – Ты вернулся, чтобы нам помочь?

Николай, все время настороженно следивший за Фридрихом, прислонил самодельный гарпун к стене.

– Извини за такой прием. Тяжелые времена наступили. Подача энергии прекратилась пару месяцев назад. До этого фермы в Изумрудной Глади пострадали от сильнейшего шторма. Что-то загадочное происходит в глубинах. Оттуда начали подниматься опасные существа.

Хранитель Хорест недавно отогнал их от города, но все равно приходится оставаться настороже. Многие, кто родился и живет без эмирангов, теперь на волоске от гибели. Энергии нет, и регенераторы воздуха не работают. Хранитель Хорест сказал, что они наказаны за отступничество от Пути Выживших.

Сколь непредсказуемы, жестоки гримасы судьбы.

Он, изгнанный из города, по сути приговоренный к смерти, оказался единственным, кто способен спасти Лазурный Чертог.

В первый момент Фридрих не знал, как поступить. Одно упоминание имени Хранителя Хореста вызвало в нем бурю давних, почти позабытых чувств, но ярость угасла, стоило ему взглянуть на беременную женщину.

– Я осмотрю турбины генераторов, – он встал, жестом отказываясь от скудного угощения. – Думаю, что смогу восстановить работу энергостанции.

Так Фридрих вернулся к людям.

* * *

– Это были мои родители?

– Да. Тогда я случайно познакомился с ними.

– И ты восстановил подачу энергии?

– Это было несложно. Просто в Чертоге к тому времени уже не осталось никого, обладающего техническими знаниями. Поломка оказалась незначительной, я справился с ней за несколько часов.

– Так почему же ты до сих пор живешь тут, один?

– Я не прижился в обществе, – честно ответил Фридрих. – Обо мне поползли самые противоречивые слухи. Хранитель Хорест публично назвал меня новым механопоклонником.