Столпы земли

Уильям увидел, как позади нее в зале показались спустившиеся из графских покоев рыцарь с воином и с озадаченным видом поспешили к выходу. Через минуту вниз сошел одетый в церковные одежды человек – очевидно, секретарь графа – и кого-то поманил. Два рыцаря, поднявшись, пошли наверх. Одним из них был Ральф из Лайма, полыхавший алой подкладкой своего плаща, другим – человек постарше, лысый. Стало ясно, что ожидавшие в зале приглашены на аудиенцию к графу. Но зачем?

– И это теперь? – говорила Алина. Она старалась сдержать себя.

Возможно, ее переполнял гнев, но у Уильяма возникло мерзкое ощущение, что ей просто смешно. – После всех этих неприятностей, и злобы, и скандала, когда наконец все стало успокаиваться, ты говоришь, что я совершила ошибку?

Уильям понял, что надеяться не на что.

– Успокаиваться?! Да все только об этом и говорят, моя мать все еще в бешенстве, а, появляясь на людях, втягивает голову в плечи! – яростно закричал он. – Для нас все осталось по-прежнему.

– Может, хватит о репутации семьи?

В ее голосе прозвучала угроза, но Уильям не придал этому значения.

Он вдруг понял, зачем граф вызвал всех этих людей: рассылает гонцов с посланиями.

– О репутации семьи? – рассеянно переспросил он. – А, да.

– Я знаю, мне следовало подумать и о репутации, и о семейных связях, и о прочих вещах, – сказала Алина. – Но это не главное, когда речь идет о замужестве. – На мгновение она задумалась, затем решилась. – Может, стоит рассказать тебе о моей матери. Она ненавидела отца. Он вовсе не плохой человек, более того – он великий человек, и я люблю его, но он ужасно черствый и требовательный и никогда не понимал маму.

По натуре она была веселой и беззаботной, любила смеяться, болтать, слушать музыку, а он сделал ее несчастной. – Уильяму показалось, что на глаза у нее навернулись слезы, но мысли его были заняты графскими посланцами. – Поэтому она и умерла – именно потому, что он не позволил бы ей быть счастливой. Я это знаю. И отец тоже знает. И он обещал, что никогда не выдаст меня замуж за нелюбимого человека. Теперь понимаешь?

«Эти послания – приказы, – размышлял Уильям. – Приказы дружкам и союзникам графа быть готовыми к битве. А гонцы – доказательство того, что моя догадка верна».

Пристальный взгляд Алины заставил его встрепенуться.

– Замуж за нелюбимого человека? – повторил он ее последние слова. – Но разве я совсем тебе не нравлюсь?

В ее глазах вспыхнул гнев.

– Да ты не слушал меня! – возмущенно воскликнула она.