Зима мира

Да она ему голову оторвет…

– Ох, не знаю… – сказал он виновато.

– Ну Вуди, ну пожалуйста! Ты не понимаешь… – Чарли понизил голос. – Ты просто не представляешь, каково это – когда так сильно любишь…

«Да представляю, – подумал Вуди, и это заставило его изменить решение. – Если Чарли так же плохо, как мне, – ну как я могу ему отказать? Может, кто-нибудь помог бы так же и мне, если бы это давало мне шанс с Джоан».

– Ладно, Чарли, – сказал он. – Я с ней поговорю.

– Спасибо! Слушай, а ведь она же здесь, правда? Может быть, ты мог бы сегодня…

– Черт, нет уж! У меня и свои дела имеются!

– Ну да, конечно… А когда?

Вуди пожал плечами.

– Завтра поговорю.

– Ты настоящий друг!

– Подожди пока благодарить. Она наверняка откажется.

Вуди повернулся, чтобы продолжить разговор с Джоан, но ее уже не было.

Он начал ее искать, но потом остановился. Он не должен выглядеть расстроенным. Человек, которому что-то очень нужно, не вызывает интереса, уж это-то он знал.

Он из чувства долга потанцевал с несколькими девчонками: с Дот Реншоу, Дейзи Пешковой и ее немецкой подругой Евой.

Потом взял кока-колу и вышел на воздух, где курили несколько парней. Джордж Реншоу подлил ему в стакан виски, что улучшило вкус кока-колы, но опьянеть Вуди не хотел. Он уже пробовал, и ему не понравилось.

Джоан предпочтет человека, который разделяет ее интересы, подумал Вуди, а значит – Виктор Диксон не в счет. Вуди слышал, как Джоан упоминала Карла Маркса и Зигмунда Фрейда. В библиотеке он читал коммунистический манифест, но ему показалось, что это просто политическая демагогия.

Гораздо интереснее было читать Фрейда «Исследование истерии», где из психического заболевания получился чуть ли не детектив. Он предвкушал, как даст понять Джоан – этак небрежно, – что читал эти книги.

Он твердо решил потанцевать сегодня с Джоан хотя бы раз и через некоторое время пошел ее искать. Ни в зале, ни в баре ее не было. Неужели он упустил свой шанс? Не слишком ли он был пассивен, стараясь не показать своего отчаяния? Мысль, что бал закончится, а он даже не коснется ее плеча, была невыносима.

Он снова вышел на улицу. Было темно, но он заметил ее почти сразу же. Она отошла от Грега Пешкова, несколько разгоряченная: по-видимому, спорила с ним.

– Похоже, ты – единственное исключение, все остальные дьявольски консервативны, – сказала она Вуди. Судя по голосу, она немного выпила.

Вуди улыбнулся.

– Спасибо за комплимент; наверное, так оно и есть.