Человек без тени

       – Боже мой, это же мистер Парсонс!

Я мысленно стал перебирать список жильцов, но Шимански любезно подсказал:

– Альберт Парсонс, жилец из номера 503. Но что он здесь делал? И куда делся мистер Дюкейн?

В памяти всплыли комментарии Донована о Парсонсе: лет сорока, нигде не работает, посещает казино и ипподромы, возможно наркоман.

Шимански выслушал мой рассказ о таинственных похождениях Дюкейна с чемоданом, вздохнул и потянулся было к телефону, но я успел его удержать.

– Ничего здесь не трогайте, эксперты будут проверять отпечатки. Будет лучше, если вы вызовете полицию из своего кабинета, а я закрою дверь и покараулю снаружи.

Управляющий кивнул и пошел к выходу. Перед этим он обернулся и еще раз оглядел номер, а потом, могу поклясться, взглянул на меня с явным осуждением. Еще бы: первый день на работе, а уже допустил бегство одного гостя и насильственную смерть другого, причем обитателя номера «люкс».

Худшего гостиничного детектива просто не сыскать.

Глава 7

Вскоре прибыли полицейские, среди которых я с некоторым удивлением опознал своего старого приятеля Вэла Крэддока. Когда мы виделись в последний раз, его как раз перевели с повышением до лейтенанта в участок в Фэрфаксе, но я поразился, что на достаточно рядовое убийство вызвали сразу такой высокий чин.

– У нас нехватка кадров перед праздниками, а я все равно с утра был на дежурстве, – пояснил Вэл.

 – К тому же была личная просьба от начальства проявить особое рвение в расследовании. Вроде бы в этом отеле живет одна из родственниц окружного судьи, он был крайне возмущен и требовал от комиссара расследовать дело в кратчайшие сроки. Скорее всего, боится, что престарелая тетя испугается настолько, что съедет из гостиницы к любимому племяннику.

На самом деле Вэл еще больше удивился, застав меня в новом рабочем качестве, но он был достаточно тактичен, чтобы не показывать, как низко я пал в его глазах.

– Пол Каулс нашел мне эту работу, – принялся я тем не менее оправдываться. – Это временно, до Нового года. Чтобы рассчитаться с долгами.

Вэл по-прежнему демонстрировал чудеса выдержки и настоящего калифорнийского аристократического воспитания, лишь сухо кивнув. Что и неудивительно, ведь Вэл и был настоящим калифорнийским аристократом.