Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения

Искусствоведы связывают символику зеленого платья Джованны с банковским делом: столы банкиров обтягивали зеленой тканью (само слово «банк» происходит от итальянского banco – прилавок или скамья: банкиры вели свои дела на рынках и улицах за столами)[53 - Seidel, 79–81, 118.]. Со временем Джованни стал главным поставщиком шелка для бургундского двора[54 - De Roover, 190; Bratchel, 134.]. На портрете есть намек на торговые связи за пределами Европы – турецкий ковер. Такие ковры в XV веке очень любили богатые итальянцы.

Доставляли их из Османской империи. (Сегодня в некоторых западных музеях турецкие ковры классифицируют не по происхождению, а по имени художников, которые изображали их на картинах[55 - См. эссе Уолтера Денни в Интернете: https://www.metmuseum.org/toah/hd/isca/hd_isca.htm.]. Слава приходила к художникам, а не к мастерам, которые производили эти роскошные ковры. Это лишнее доказательство предвзятости коллекционирования и классификации.) Таким образом, портрет четы Арнольфини – это не просто картина, полная художественных чудес, но еще и целая история торговых связей на континенте, история семей, оторванных от своих корней, история брачных союзов итальянской элиты. История Италии XV века – это не просто история Апеннинского полуострова, но история, охватывающая всю Европу и выходящая за ее пределы.

Судьба картины тоже красноречива: она оказалась в собрании Маргариты Австрийской из семейства Габсбургов, а потом перешла к Марии Венгерской[56 - Seidel, 95.

]. У обеих были дворы в Нидерландах, где небольшая Бургундия (включавшая в себя части современной Бельгии, Нидерландов, Люксембурга, Германии и Франции) превратилась в яркий культурный центр. Здесь возник особый северный Ренессанс, яркими представителями которого стали не только ван Эйк, но и его современник Рогир ван дер Вейден, а позже Иероним Босх и Питер Брейгель Старший. Их художественный стиль был совершенно не похож на итальянский, но оставался столь же новаторским: Италия была не единственным центром культурного развития того времени. Бургундский двор был важным источником идей рыцарства, войны и меценатства, а Итальянские войны стали своеобразным плавильным котлом, где культуры Западной Европы смешивались с культурой Апеннинского полуострова[57 - Donati, 29–51.]. Император Священной Римской Империи Карл V, который взошел на престол в 1519 году и стал одним из главных героев этих войн, происходил из бургундских герцогов.