Наследство Уиндемов

Теперь мне легче понять ее. Как бы то ни было, но ее уже нет, препятствий больше не существует.

– Да, но его сиятельство должен быть очень осторожным, вы сами понимаете, мисс Кокрейн. Существует такая вещь, как мнение света. Он ведь все еще находится в трауре и должен соблюдать правила приличия. Его соседи весьма наблюдательны, так что графу необходимо вести себя пристойным образом.

– О чем вы? Что за ерунда? Он ведь не под венец идет. Кому есть дело до его побочной дочери, проживающей в Чейзе?

– Поймите, ваш переезд к отцу люди могут воспринять как знак неуважения по отношению к покойной.

Она не собиралась верить ему и не желала продолжать этот разговор.

– Полагаю, что порядочные люди никогда не станут вмешиваться в чужую жизнь, что же касается женских сплетен… Джентльмен не должен придавать им значения. К тому же не думаю, что кто-то выдерживает траур в полном одиночестве. – Дукесса говорила спокойно, но заметно откинулась назад, стараясь не замечать протянутой к ней руки.

Воспоминания вновь завладели ее мыслями, отвлекая от визита навязчивого адвоката.

Она вспомнила, как умирала графиня. Причиной смерти стали очередные роды. Младенец не прожил и двух часов. Отец с облегчением узнал о смерти жены, вместе с ней прекращался кошмар последних лет. Ему уже не придется хоронить каждый год своих детей. Она видела наполненные слезами глаза графа и понимала, что он оплакивает не жену, а несчастного ребенка.

– Возможно, и так, мисс Кокрейн, – прервал ее мысли адвокат. – Но что, если существует человек, который хочет помочь вам, защитить вас в этих печальных обстоятельствах и сохранить вам этот миленький коттедж?

Она улыбнулась.

Мистер Жоли был заворожен ее улыбкой. У нее показались очаровательные ямочки на щечках, приоткрылись ровные белые зубки…

– Если я решу остаться в этом коттедже, то могу ли узнать, кто будет его официальным владельцем?

– Это сквайр Арчибальд. У вас ведь не хватит денег, чтобы оформить на себя аренду, следовательно, было бы абсурдным ожидать, что он…

Она поднялась, подчеркнуто держа руки по бокам.

– На этом я попрошу вас, мистер Жоли, оставить меня. В дальнейшем, если вам понадобится о чем-либо уведомить меня, обратитесь, пожалуйста, письменно.

Ему не оставалось ничего другого, как тоже подняться. Теперь он холодно смотрел на нее, забыв об очаровательной улыбке.

– Не слишком ли много вы возомнили о себе, мисс Кокрейн? Кажется, ничего не изменилось. Вы всего лишь бастард и останетесь им навсегда.