Наследство Уиндемов

Что-нибудь еще отписано мне, мистер Уикс?

– Да, милорд. Дом в Лондоне на Путнэм-Плэйс выделяется вам в пожизненное пользование.

– Понятно, что-нибудь еще?

– Охотничий домик в Корнуолле, рядом с Сен-Ивс, а также две тысячи акров плодороднейшей земли к нему. Больше ничего, милорд, извините.

– Как… ни одного шиллинга, чтобы я мог содержать это проклятое поместье?

Мистер Уикс произнес очень медленно:

– Ваш дядя побоялся, что вы пошлете к дьяволу весь этот дом, раз он лишил вас всего остального имущества, поэтому он решил сделать меня опекуном наследия Уиндемов – денег, домов, земель.

Я являюсь также и опекуном леди Дукессы до достижения ею совершеннолетия, то есть до двадцати одного года, после чего она сможет вместе со мной управлять всей собственностью Уиндемов. Я остаюсь опекуном при условии, что доходы с владений Уиндемов не перестанут увеличиваться с каждым годом. Этих владений очень много – в Девоншире, Сассексе и Оксфордшире. Таким образом, милорд, никаких денег в вашем распоряжении.

Марк молчал, вид его казался даже скучающим. Только где-то в глубине глаз пробегали губительные искры. Возможно, он накапливал в себе силы для мести.

Скрестив руки на груди, небрежно откинувшись, не замечая, что касается плечом каминной решетки, он наконец произнес:

– Ты ошибалась, Дукесса! Теперь ты видишь, что дядя ненавидел меня. – Он нервно усмехнулся. – Да, мне не просто утерли нос. Проклятый бастард – прости, Дукесса, я не имел в виду обидеть тебя, но ведь это так и есть, – я завишу от бастарда и мистера Уикса, которым обязан за все: за хлеб, который ем, за жалованье своему камердинеру, повару, дворецкому – всем слугам.

От них зависит, выделить ли и сколько на содержание этого дома. И все из-за ненависти ко мне, из-за того, что у него не осталось собственного наследника.

Мистер Уикс выглядел необычайно угнетенным. Ему была явно неприятна эта сцена.

– Позвольте сказать вам, милорд, что я не раз спорил с вашим дядей, но он продолжал стоять на своем.

Нет, он вовсе не испытывал к вам неприязни, я даже уверен в этом. Не понимаю, почему он решил поставить вас в столь зависимое положение, держать на регулярно выделяемом пайке.

Марк был уже на грани срыва.

– Представляю, как ты смеялась надо мной прошлой ночью, Дукесса, когда я самонадеянно распространялся, что стану твоим опекуном и выделю приданое, что беспокоюсь о своей семье. Теперь все в твоих руках.