Всему есть причина… и другая ложь, которую я полюбила

– До конца это еще неясно, – отрезал он.

– То есть вы не готовы меня оперировать?

– Послушайте, нет никаких гарантий, что мы на верном пути даже в случае операции. Я могу вынуть ваш желчный пузырь, а вы будете страдать от боли так же, как и сейчас. Добавьте к этому болезненность операции и прочие сопряженные с ней сложности.

Я сделала глубокий вдох.

– Я не знаю, что мне сделать, чтобы вы или другие врачи обратили на меня внимание. Я прошла всех ваших специалистов, но уже три месяца я лезу на стенку от боли, и больше я так не могу.

– Послушайте, – начал он так, как будто готовился повторить все сказанное по второму кругу. – Диагноз очень невнятный, и мы дошли до его самой мутной части. Опять же, я могу удалить вам желчный пузырь, но я не знаю, что вы хотите от меня услышать.

– Я хочу, чтобы вы сказали, что не будете исключать возможность операции на желчном пузыре и не отправите меня обратно домой. Никто не пытается мне помочь, а я больше так просто не могу!

Мое как отчаяние прорывалось наружу.

– Мне очень жаль, – сказал врач.

Мы сидели, уставившись друг на друга.

– Я остаюсь, – сказала я громко. – Я останусь здесь до тех пор, пока вы не отправите меня еще на одно обследование.

– Ладно. Пусть будет так, – сказал он, недовольно закатив глаза.

Он выписал мне направление на компьютерную томографию, и я почувствовала легкое успокоение. Они там найдут что-то неопасное, и дело на этом закончится. Сейчас главное подготовиться к операции, ничего серьезного.

Я у себя в офисе, шагаю по беговой дорожке, просматриваю cвои свежие научные публикации, когда раздается звонок телефона.

– Добрый день, Кейт слушает.

Звонит Джен, сотрудница клиники. У нее заготовлена небольшая речь, но мой мозг то фокусируется на ее словах, то перестает улавливать их смысл. Я слышу, что она говорит, но не понимаю. Проблема не желчном пузыре, это я улавливаю. И теперь она повсюду.

– Что теперь повсюду? – переспрашиваю я.

– Раковая опухоль. – Я слушаю шум клиники и голоса на том конце провода.

Я рассеянно подношу телефон обратно к уху.

– Да, слушаю.

– Нам нужно, чтобы вы незамедлительно приехали в клинику.

– Да-да, конечно.

Мне нужно позвонить Тобану.

– Мэм?

– Да, разумеется. Я все поняла. Я сейчас же приеду.

– Я отправлю кого-нибудь, чтобы встретить вас внизу. Мэм?

– Да, да, – говорю я едва слышно. – У меня есть сын. Просто все дело в том, что у меня есть сын.