Код Розы

 – Мы просто пришли поговорить о книжках.

– Мне нельзя здесь быть, – прошептала Бетт.

– Это литературный кружок, а не бордель.

– Мне нельзя оставаться. – Бетт поставила херес на стол. – Моя мать устроит скандал.

– Ну и что?

– Это ее дом, ее правила, и мне…

– Но также и твой дом. И вообще ты живешь в доме своего отца!

Слова застряли у Бетт в горле. Она не могла объяснить, насколько незаметным был ее отец в семействе Финчей. Он никогда не настаивал на своем. Не таким он был мужем. Не таким отцом.

«Лучший из мужчин», – с неизменной гордостью отзывалась о нем мать Бетт, когда другие женщины жаловались на чересчур властных супругов.

– Мне нельзя оставаться, – повторила Бетт.

– «Жесточайшие мучители женщин – женщины», – процитировала Маб. – Ты уже дочитала до этой фразы в «Ярмарке тщеславия»? – Она изогнула бровь и обратилась к сидящим напротив мужчинам: – Ну так что, как будем выбирать книжку месяца?

– Общим голосованием, – заявил один из тощих ученых.

 – Не то барышни заставят всех читать романтический кисель.

– Романтический кисель? – возмутилась Озла, втискиваясь за стол слева от Бетт. – Последняя книга, которую я прочла, была «Ярмарка тщеславия»!

– Так это же про девчонок, разве нет? – возразил Джайлз.

– Но автор-то мужчина, так что все в порядке, – ядовито парировала Маб.

– Почему мужчины начинают колебаться, едва им предложат нечто, написанное женщиной? – возмутилась Озла. – Вроде бы уже целый век прошел с тех пор, как бедняжке Шарлотте Бронте пришлось подписываться «Каррер Белл», чтобы ее напечатали!

Подали истекающую жиром жареную рыбу и картошку фри.

Бетт и тут не осмелилась притронуться к своей порции. Приличные девушки не едят в пабах, приличные девушки не курят, не пьют, не спорят с мужчинами…

«Но ведь Озла – девушка приличная», – подумала Бетт, собирая впрок аргументы для разговора с матерью. Маб ни при каких обстоятельствах не заслужила бы одобрения миссис Финч, а вот Озла – совсем другое дело.

«Ее ведь представили ко двору; вы не можете утверждать, что она не леди, матушка!» Сейчас эта самая Озла хрустела треской в кляре, хлестала херес и спорила с Джайлзом об «Алисе в Зазеркалье» Льюиса Кэрролла – словом, развлекалась вовсю.

Бетт подумала, что и аргумент с дворцом может не убедить мать. Для нее важно одно: Бетт ушла из дому без спросу.

– Я голосую за Конан Дойля, – сказал крупный брюнет, сидевший справа от Бетт.