Забытый сад

А Сочинительница тоже будет там?

Девочка нахмурилась. Она успела превратиться в морского волка, но Сочинительница так и не вернулась. Странно, ведь она так строго говорила, что надо всегда быть вместе, не расставаться, несмотря ни на что. Может, она прячется? Может, все это часть игры?

Девочка не была уверена. Она лишь радовалась, что встретила Уилла и Салли на палубе в то первое утро. Иначе кто знает, где бы она спала и как находила бы еду. Уилл, Салли, их братья и сестры – детей оказалось столько, что не сразу пересчитаешь, – знали все о поисках пищи.

Они показали ей, где можно раздобыть кусок солонины. (Девочке не слишком нравилась солонина, но Уилл только смеялся и говорил, что, может, она и привыкла к чему повкуснее, но в ее положении сойдет.) Обычно они были добры к ней. Сердились, лишь когда она отказывалась сказать, как ее зовут. Девочка знала, что если и играть в игры, то нужно следовать правилам, К тому же Сочинительница предупредила, что самое важное из правил – хранить свое имя в секрете.

У братьев и сестер Уилла были койки на нижних палубах, рядом со множеством других мужчин, женщин и детей. Людей там было больше, чем девочка когда-либо видела в одном месте. Мать тоже путешествовала с ними, хотя они называли ее мамашей. Она была совсем не похожа на мать девочки, у нее не было прелестного личика и чудесных темных волос, которые Поппи укладывала на макушке матери каждое утро. Мамаша больше напоминала женщин, которых девочка иногда видела, проезжая в карете через деревню, в потрепанных юбках и башмаках, нуждающихся в починке, с морщинистыми руками, похожими на пару старых перчаток, которые Дэвис надевал для работы в саду.

Когда Уилл впервые отвел девочку вниз, мамаша сидела на нижней койке и баюкала младенца, второй младенец лежал рядом и ревел.

– Это кто? – спросила она.

– Не говорит. Говорит только, что ждет кого-то и должна прятаться.

– Прятаться? – Женщина поманила девочку ближе. – И от чего же ты прячешься, детка?

Но девочка не ответила, а только покачала головой.

– Где ее родня?

– По-моему, у нее никого нет, – сказал Уилл. – По крайней мере, я не видел. Она пряталась за бочками, когда я нашел ее.

– Это правда, детка? Ты одна?

Девочка подумала над вопросом и решила, что лучше согласиться, чем упомянуть о Сочинительнице. Она кивнула.

– Так-так-так. Совсем крошка и одна-одинешенька в море. – Мамаша покачала головой и шлепнула ревущего малыша.