Скрипаль. Березовский. Пешки в большой игре

Завершая доклад, Пабло заключил:

– Таково видение нашей дальнейшей работы по Немедленному, сэр!

Стронг не спешил с ответом, выдержал долгую паузу, объявил:

– План работы по Немедленному поддерживаю! Он обоснован и имеет хорошие перспективы.

Пристли и Миллер оживились. Обменявшись взглядами, Миллер заявил:

– Благодарю, сэр! Ваша оценка, одного из самых опытных руководителей, для нас очень важна.

– Господа, давайте с оценками и выводами не будем спешить. Время покажет, кто и чего стоит. Я готов оказать всемерную помощь.

При необходимости в ваше распоряжение будут предоставлены все ресурсы резидентуры.

– Еще раз благодарю, сэр. Мы очень рассчитываем на ваш уникальный опыт. Для нас высокая честь работать вместе с вами, – в своей оценке Миллер был искренен.

Суровые складки на лице Стронга разгладились, а голос потеплел.

– Пабло, опыт – это бесценное богатство, но им надо умело распорядиться.

Тон, каким это было сказано, окончательно разрядил обстановку. Внутреннее напряжение перед Железным Стронгом, владевшее Пристли и Миллером, уступило место легкой эйфории.

Живая легенда МИ-6 вел себя с ними как с равными. Они свободно раскинулись в креслах. Стронг снисходительно улыбнулся и снова заговорил деловым тоном.

– Итак, господа, вернемся к Немедленному! Какие есть основания считать, что он пойдет на сотрудничество? На чем будем выстраивать его вербовку?

– Позвольте, сэр? – спросил Миллер.

– Да, Пабло.

– Я внимательно изучил материалы, полученные на Немедленного во время его работы на Мальте и последние данные, поступившие из вашей резидентуры.

У меня складывается впечатление, это два разных человека.

– Пабло, впечатления зритель выносит после кино и театра. Разведчик должен оперировать конкретными категориями. Что касается Немедленного, какие у вас есть основания утверждать, что это два разных человека?

– На Мальте он был напорист и быстр в решениях. Не зря ему дали кличку Forthwith. Здесь, в Испании, он не столь напорист и не столь инициативен.

– И в чем же кроется причина столь резкой перемены в Немедленном?

– Я так полагаю, в крушении идеалов и в эрозии коммунистического сознания. Для советских офицеров они составляли духовный стержень. Немедленный его утратил. Об этом свидетельствуют исследования наших аналитиков.

– Пабло, исследования исследованиями. А если говорить о Немедленном, то какие конкретно аргументы вы можете привести в подтверждение? – допытывался Стронг.