Восемь лет с «Вагнером»

Мы на зушке были, со связью беда получилась, как всегда. Я пытался выйти на командира группы, но ничего не получилось, пришлось выходить на комбата и запрашивать фланговый обход. Пока мы пытались наладить связь, на обходе чуть в кузов мину не получили с миномета – справа и слева хорошо так положили.

Ребята мне чуть голову не откусили: «Вывози нас отсюда на хрен!» Зашли обратно на Аэропортовскую, в точке соприкосновения расстояние до противника было 10–15 метров. Четкой задачи на уничтожение никто нам не ставил – надо было в первую очередь разблокировать трассу.

Обстрел по методике

– Заходили, подошли все, как по науке. Когда подходили к поселку, подъехали на машине, на поле встали – и вдалеке, смотрим, вспышки. «Град» работает. Судя по количеству, где-то полпакета выпускают.

– О, смотри, «Град» работает, – говорит один из наших.

– Ага, а почему вспышки так хорошо видим?

– Видимо, в нашу сторону. Ребят, давайте ныкаться.

Только с кузова спрыгнули, только в посадку чухнули – и тут справа на поле разрывы пошли.

Ладно, засиживаться не будем. Спускаемся в посадку – там такой овраг, можно пройти, но он засажен. Мы тогда взяли с собой ПЗРК от авиации прикрываться, один человек встал на дне этого оврага. Вокруг заросший лес, а он стоит, трубу эту вверх поднял и стоит.

– А ты чего стоишь-то? – я ему говорю.

– А вдруг кто полетит?

– Ну а как ты увидишь, как ты будешь работать, если деревья кругом? С ума сошел, иди на открытое место!

Но, видимо, на открытом месте было как-то неуютно.

Поржали, пошли дальше.

Когда в Хрящеватое зашли, тут же обстрел со стороны укропов пошел, как по методике – начали подальше от нас закидывать, потом тебя загоняют все ближе, ближе, ближе. Ты вынужден идти вперед – ну а там тебя уже ждут. Ну, нормально прошли – правда, ребята вроде как должны идти вперед, а там большой участок улицы простреливаемый, и ребята немножко застопорились. Мы идем следом, чтобы не нарушать боевой порядок, вынуждены были остановиться.

Сзади все ближе ложатся мины, нервяк нарастает, и командир наш плюнул, говорит:

– Все, мы их обходим, не будем тут ждать, пока прилетит.

Мы обошли на свой фланг и начали работать. Когда через поле проходили к окраине Хрящеватого, на поле коровы паслись, и одну, видимо, поранило или поцарапало. Вот она стоит, глаза у нее грустные-грустные, и кровь стекает откуда-то с пуза, течет по вымени. То есть не молоко, а кровь капает.