Ночи тайного агента

– Боялись покойника?

– Покойник лучше бы не родился, так еще безопаснее. Я отравил вашего прародителя еще в утробе. Но почему вы опять здесь?!

– Пути Господни и пространства-времени неисповедимы! – я развел руки.

Теперь мне стала понятна смертельная болезнь едва появившегося на свет предка. И может быть, излечив младенца, я не создал парадокс, а ликвидировал его?!

– Действительно не понятно? Впрочем, исправить ошибку никогда не поздно. Или… зачем вам работать на Острожского?

– Вы предлагаете перебежать к вам?

«Предатель, прекрати сговор с преступником!» – истекала ядом Иона.

Конечно же, я не обратил внимания на абсурдное обвинение истеричного характера блондинки. Я уже привык, что в мозгах моего колечка осталась глубочайшая борозда, заложенная прекрасной, но взрывной натурой Ионы.

– Именно. Вы кто у Острожского? Кажется, старший научный сотрудник?

Я кивнул.

– И дорасти, вы сможете до руководителя группы, а в исключительном случае до зама Острожского.

– Обыкновенная.

– Именно обыкновенная! Здесь же я стану повелителем планеты. Ну а вас поставлю своим премьер-министром или подарю в правление одно из вассальных королевств, а то и целый континент. Вот это настоящая карьера.

– А к власти придется шагать по трупам, как некогда переступили мое тело?

– Через врагов – да, а друзей приласкаю. По методу римлян применю политику кнута и пряника.

Как легко у него получалось? Недавно убивал, а теперь соблазняет подарками.

– Муравьев? Муравьев-вешатель – это вы?!

– Какого вы низкого обо мне мнения?! Он то и повесил всего несколько сотен, а мне придется вздернуть миллионы. Но почти угадали, он мой предок.

«Так вот от кого патология маньяка? Через века гены бесчувственного убийцы всплыли».

– Яблочко от яблони…

Муравьев вскочил из-за стола весь красный. Рвущаяся ненависть мешала произнести хоть слово, из его нутра шло одно невразумительное рычание.

– Пора в дурдом, лечиться, – в противовес спокойно добавил я, доставая пистолет со снотворными капсулами.

«Вот это дело, давно бы пора, а то лясы точить!» – порадовалось за меня колечко.

Ампула усыпляющего вонзилась в грудь генерала, но он лишь усмехнулся. В ответ оглушительно рявкнул пистолет, но пуля прошла мимо.

«У него бронежилет!» – несколько запоздало подсказало колечко, о чем уже догадался сам, целясь в шею.