Руанда: принять примирение. Жить в мире и умереть счастливым

Я не был рад видеть их и жить с ними, я их не приветствовал, но у меня совсем не было времени на ненависть. Спустя некоторое время они попросили меня взять их в хор, и я сразу согласился, поняв, что у них красивые голоса.

После того, как они присоединились к хору, я обнаружил один феномен: главная проблема постгеноцидного руандийского общества в том, что выжившие в геноциде, а особенно тутси, приехавшие из соседних стран, путают палачей, их потомков и их близких. Общая ненависть распространяется на всех и помещает всех хуту в один ряд.

По моему мнению, это очень опасная болезнь, которая если не идентична, то сопоставима с этнической глобализацией, которая характеризует участников геноцида.

Пригласив молодых хуту из Кибехо в хор, я навлек на себя жесткую критику со стороны своих коллег-тутси по школе, обвинивших меня в том, что я «слишком быстро всё забыл». Это мне совсем не понравилось! Это задело меня за живое, но я попытался принять их критику.

В тот момент, когда я начал серьёзно размышлять о моём пути исцеления, как спасшийся от геноцида, я понял, что не способен ничего забыть из своего крестного пути. Тогда я начал чувствовать в себе силы преодолеть негативные чувства и желания, вызванные трагической историей моей страны.

Я сказал себе, что моя настоящая жизнь – это результат моего прошлого, но я никогда не буду рабом своей истории. С помощью веры в Христа я сделаю то, что смогу – стану новым человеком, который делает то, во что верит; я смогу родиться заново, как говорит священник в день крещения, и, несмотря на произошедшее, смогу отбросить всё, что препятствует моей жизни и мешает мне верить в любовь.

Я не соглашался с моими коллегами, которые были против присутствия молодых хуту в хоре, которым я руководил. С другой стороны, я начал спрашивать себя, могу ли я идти дальше? Я чувствовал, что я начал продвигаться вперёд, и в моём сердце открылась еще одна дверь.

Во время ежедневной утренней мессы в семинарии в момент освящения, я обычно тихо по-детски молился о необычных, казалось, вещах: «Господи, сделай меня великим церковным композитором, сделай меня великим певцом, чтобы прославить тебя и помоги мне преуспеть в карате!» Конечно же, сейчас я добавляю: «Господи, даруй мне внутреннюю свободу и мир в душе».

Желание продолжать следовать по пути исцеления не отпускало меня.