Колония

– Техногенная катастрофа – и этим все сказано, верно? Все и ничего. Очень удобная формулировка, если не вникать в технические детали. Почему не взорвался реактор в российском секторе освоения? Две станции переработки атмосферы равноудалены от эпицентра первого взрыва и должны были получить приблизительно одинаковые повреждения, не находишь?

Марк вновь внимательно посмотрел на схему. Генри был прав, нравилось ему это или нет. Защита российского реактора устояла, в то время как процессор «Фон Брауна» подхватил эстафету неуправляемой цепной реакции… Зная всю строгость контроля над объектами повышенной техногенной опасности, трудно было предположить, что атмосферная станция корпорации находилась на момент первого взрыва в плачевном состоянии.

Это выглядело очевидным нонсенсом – вокруг простирался полностью терраформированный, готовый к заселению регион, в который на протяжении нескольких лет вкладывались миллиардные инвестиции…

Мысли Келли прошли по замкнутому кругу и вернулись к породившему их сообщению.

Не в первый раз он слышал либо читал о странных проблемах, которые возникли в этом регионе освоения Марса два десятилетия назад. Подобные слухи не рождаются на пустом месте.

«…Стоит отметить, что проблемная зона корпорации, откуда на протяжении последних месяцев поступали противоречивые слухи о массовых отказах кибернетических механизмов и систем автоматического управления, теперь превращена в радиоактивную пустошь…»

После технического обоснования, произведенного андроидом, цитата из журнальной статьи не казалась домыслом, скорее ее автор догадывался об истинных причинах катастрофы…

Самым главным в марсианском проекте «Фон Брауна» был и остается по сей день параграф о неукоснительном соблюдении всех гарантий, которые давала корпорация своим клиентам.

Такой подход был оправдан – случись в колонии серьезные проблемы, и это мгновенно отпугнет богатую прослойку земного общества. Кому тогда будут нужны терраформированные земли, отстроенные «под ключ» элитные усадьбы, кто захочет платить огромные суммы и лететь сюда?

Никто, подсказывала интуиция.

На фоне подобных рассуждений сама собой теряла необоснованность мысль о потере нескольких миллиардов евро. Майлер фон Браун всегда отличался жесткостью и радикальностью в решении острых неприятностей, встающих на пути развития марсианского проекта.