Жена хозяина гор. Чертополох для леди

Слуги одного увидели, услышали, рассказали слугам другого, это дошло до хозяев – и пошло-поехало. К концу второго дня об этом будут знать все. Наш случай не стал исключением. Вздохнула. Что ж, пусть судачат. Я докажу, что дочь графа Рамстера достойна своего происхождения.

Вдвоем с Лиз мы несколько часов обсуждали наряды, хотя это больше интересовало ее, а не меня, пока не пришла мама и не разогнала по своим комнатам. Мне же она наказала с завтрашнего дня браться за учебники. Скидки мне никто давать не будет.

Несколько дней я не поднимала головы от книг, прерываясь только на примерки и еду. Голова буквально разрывалась от обилия информации. А ведь нужно было еще запомнить, как кто выглядит на этих их иконах. Для меня они были все на одно лицо.

Наконец накануне бала родители разрешили мне отдохнуть от учебы, чтобы цвет лица был хорошим. Мы с Лиз вышли погулять в сад.

– Тебе нравится твое платье? – спросила сестра, обиженно поджимая губы.

– Платье как платье, – пожала я плечами.

– А мне мое не нравится, – топнула она недовольно.

– Ну сестренка, ты же только начала выходить в свет. Таковы правила.

– Я собираюсь замуж!

– Это ничего не меняет. Нужно соблюдать этикет. Зато… – склонилась к ее уху и прошептала: – Как только выйдешь замуж, наряды твои сразу изменятся. И ты заткнешь за пояс всех своих сверстниц, которые будут щеголять в своих, как ты выразилась, детских платьях.

Лицо Лиз сразу прояснилось, и она улыбнулась.

– Ой, и правда! – Она захлопала в ладоши.

К вечеру принесли письмо от мистера Макгиллана. Он сообщал, что заедет за своей невестой ровно в девять – раньше десяти балы в королевской резиденции не начинались.

– Мне придется ехать с ним в одной карете.

– Это же так романтично, – вздохнула Лиз.

– Никакой романтики. С вами поеду я, – заявила мама. – А Лиз поедет с отцом.

– А можно я поеду с Кэти? – взмолилась Элизабет.

Мама округлила глаза.

– Две незамужние девицы без сопровождения в одной карете с неженатым мужчиной, который им не родственник – это из ряда вон! Еще одно слово – и ты останешься дома! – Голос матери был строгим, и Лиз сразу расхотелось спорить.

– Да, мама.

– Вот и хорошо. А теперь спать. А то завтра у вас будут синяки под глазами и морщины.

Вернулась к себе в комнату, думая, как все пройдет.