Штирлиц без грима

Поэтому в своей одежде она выделялась из общей массы посетителей кафе. Взгляды, которыми обменивались супруги, тоже были очень красноречивы и эмоциональны. В 1935 году контрразведывательный режим в Германии был не столь жесток, как во время Второй мировой войны, поэтому такие ухищрения были просто не нужны.

Мало кто знает, что Элеонора Шашкова встречалась с «супругом» в одежде сшитой спустя много лет после окончания Второй мировой войны. Художник по костюмам в съемочной группе фильма Мариам Быховская в интервью журналисту Александру Добровольскому призналась, что «что подготовить специальный наряд мы не успели, и она играла в одном из собственных костюмов…»[29 - Добровольский А.

Смокинг на веревочке. // МК-Московский Комсомолец. 2005 год, 15 августа.].

Четвертая серия

Алиби для…

Вальтер Шелленберг распространяется о том, сможет ли «козел отпущения» генерал-фельдмаршал Альберт Кессельринг, командующий в Италии немецкими войсками, обеспечить себе алиби в случае провала секретной миссии генерала Карла Вольфа в Швейцарии.

Слово «алиби» он употребляет в смысле «непричастность». Между тем, в русском языке этим словом называется невозможность совершения преступления некоторым лицом, обусловленная нахождением этого лица в другом месте в момент, когда преступление совершалось. К случаю с Кессельрингом это слово не имеет отношения (конечно, если никто не заподозрит, что по ночам военачальник летает из Италии в Берн)[30 - Бурьяк А. Нелюбимые авторы. // http://no-love. narod.ru/Rm1060.htm].

Встреча «друзей»

Когда Генрих Мюллер, идя по коридору, встретил Вальтера Шелленберга и Макса Штирлица, то очень удивился. Начнем с того, что IV управление (гестапо) и VI управление (политическая разведка) располагались в разных зданиях, расстояние между которыми превышало десять километров.

Центральный аппарат гестапо располагалось в пятиэтажном здание, в котором когда-то находилась Школа прикладных и декоративных искусств на Принц-Альбрехт-штрассе, 8.

В подвале этого здания находилась печально знаменитая внутренняя тюрьма гестапо. Там находилось 36 узких, как пенал, одиночных и одна общая камера.

Вопреки распространенному представлению (вспомним, как Штирлиц находясь в одной из камер, пытался придумать, как отпечатки его пальцев оказались на чемодане русской радистки), в них допросов не проводили – это было просто невозможно из-за размеров.

Допрашивали в кабинетах следователей на верхних этажах.