Оружейник: Записки горного стрелка. В самом сердце Сибири. Оружейник. Над Канадой небо синее

– Кто здесь шумит! А, разведка! Проходи! Ты че, капитан! Своих не узнаешь!

Я прошел в комнату. Накурено, маршал продолжил разносить начальника разведки фронта генерала Ефимченко.

– Ты потерял восемь групп, а сведений баран начихал. У меня жгут танки, а ты: «Не знаю, товарищ маршал. Группа не вернулась!» Когда вернутся? Когда будет язык? И не говори мне, что завтра! У тебя людей уже не осталось! Так и будем в бирюльки играть? Иди, и утром доложить мне свои предложения! Видал орла? – обратился он уже ко мне.

– По этому же поводу!

– Зря приехал! Можешь возвращаться и доложить, что нет у меня ни сил, ни разведки. Если надо, отвечу. Хозяин прислал? Или Лаврик? А чего в старой форме ходишь?

– Да нет, Семен Михайлович. Я не контролировать. У меня приказ Верховного: помочь срезать Харьковский выступ.

– Как??? Что вы мне мозги пудрите! Три танковых полка сжег!

– Давайте не будем кричать и станем разбираться потихоньку.

– Вот две розетки.

Аппаратура в питании не нуждалась, но требовалось изобразить сложности. Буденный уставился на пробегающие иероглифы загрузки ЭВМ.

– Что это?

– Электронно-вычислительная машина. Позволяет управлять разведсамолетом и получать качественные снимки.

– Они их там сбивают!

– Начнем с Карловки?

– Нет, если начинать, то с Соленой Балки!

Картинка на экране поехала на юг.

– Отсюда?

– Не знаю, не узнаю.

– Вот наши позиции. Где там НП?

– В рощице, слева от плотины.

– Это? – Я подвел спутник вплотную к амбразуре наблюдательного пункта.

– Так это ж Федоров! Сынок! Дай-ка Федорова! – обратился он к связисту.

Лицо у стереотрубы исчезло. Послышался голос комдива Федорова, отвечающего по рации.

– Палыч, вернись к стереотрубе и помаши левой рукой! – приказал маршал.

С абсолютно недоумевающей мордой комдив подошел к стереотрубе и, обернувшись назад, что-то спросил у кого-то.

– Ни х… себе! – раздался сочный мат Буденного.

– Товарищ маршал! Пару человек, умеющих быстро поднимать карту! И чистые карты, поднятые с нашей стороны.

Буденный буквально вылетел из комнаты, его сочный мат разносился по штабу, через пару минут у стола сидело два майора, были разложены карты.