Оружейник: Записки горного стрелка. В самом сердце Сибири. Оружейник. Над Канадой небо синее

Но нетерпение все-таки проявляет: «Что они тянут? Нам пора назад!» Наконец в 21:00 загорелась лампочка приема на ЗАСе: Устинов передал указание подъехать на Новый Арбат к 22 часам к дому номер 30, напротив библиотеки будет стоять машина, и передал ее номер. С Горским хочет встретиться Громыко.

Машину не берем, ныряем в метро, а затем, смешавшись с толпой, идем к зданию СЭВ. Разделились, Полина прикрывает. Без трех минут десять напротив библиотеки остановился «членовоз»! Конспираторы! Мать их! Подошел к машине, открылась дверь, внутри Устинов и Громыко.

Дмитрий Федорович спросил:

– А Еременко где?

– Недалеко.

– Вы без нее?

– Да.

– Садитесь.

Светить Полину мне совершенно не хотелось. Свою роль она уже выполнила. Если что, хотя бы она уйдет. Андрей Андреевич нажал на кнопку, машина плавно тронулась.

– Здравствуйте, товарищ Горский.

– Здравствуйте, товарищ Громыко.

– Мне сказали, что у вас есть письмо для меня.

– Да, Андрей Андреевич. Оно у меня. – Я достал «сопроводилку» и передал ее Громыко.

Он усмехнулся: узнал старую школу! Залез в карман и вытащил «Паркер», расписался и вернул мне бумагу. Я передал пакет. Он быстро вскрыл его и стал читать. Сложил письмо и положил его в конверт.

– Он считает, что сможет реабилитироваться после всего того, что о нем сказано? Это наивно! Чем чудовищнее ложь, тем в нее легче верят.

– Насколько я понял Верховного, он не собирается оправдываться. Во всяком случае, в фильме нет ни одного слова об этом.

– Вы его видели?

– Конечно.

На задание не идут не подготовившись. Я – разведчик, а не дипломат.

– В данном случае, вы – военный дипломат. Поэтому сразу возникает встречный вопрос: то, что получит Сталин, мне понятно…

– Вы неверно расставляете акценты, товарищ Громыко! Получит не Сталин, получит Советский Союз.

– Хорошо, получит Советский Союз, а что получит наш Союз?

– Идеологию для населения, веру в партию и новую технологию. Одно обладание «машиной времени» дорого стоит. Тем более что феномен до конца не изучен и, возможно, обладает возможностью настройки.

В нашем времени у нас недостаточно приборов и оборудования, для того чтобы полностью изучить его. На это уйдут десятилетия.

– Убедительно, – сказал Громыко после некоторой паузы. – В плане идеологии и веры в партию у нас действительно наблюдаются большие проблемы. Но есть два мнения по этому вопросу: одно, которое высказали вы, второе, что необходимо до конца отказаться от репрессий и прошлого.