Отделившийся. Книга 2. Автономный режим

Но их развитие давно остановилось, и главная причина затяжного регресса распавшейся цивилизации – отсутствие новых жизненных пространств! Теперь, когда Вуаль логрианских устройств давно отключена, а Флотом Конфедерации уничтожены основные силы механоформ, ничто не мешает Диким Семьям возобновить экспансию! Вопрос в том, куда она будет направлена, какие методы использует общественный разум для достижения своих целей? Хочу заметить: логриане, издревле сосуществующие с инсектами, традиционно считающиеся их союзниками, были вынуждены разработать и повсеместно внедрить устройства мнемонических блокираторов, чтобы защитить себя от телепатических атак.

Боюсь, что события на Эдеме – не исключение из правил, не агрессивная выходка отдельной взятой Семьи, – они отражают тенденцию, образ мышления, характеризуют отношение Диких Семей к иным космическим расам!

Александр Юнг нервно сглотнул.

– Дипломатический корпус Конфедерации прилагает все усилия, чтобы наладить контакт с наиболее развитыми планетными цивилизациями разумных насекомых! – Аргумент президента прозвучал слишком слабо на фоне озвученных адмиралом проблем.

– Успехи нашей дипломатии минимальны, – сухо парировал Дмитрий Сергеевич. – Причина известна, и скрыта она в психологии общественного разума. За последние годы мы существенно продвинулись в изучении данного вопроса. У инсектов отсутствует понятие «индивид». Отдельная особь не рассматривается ими как «существо», не является личностью и не имеет какой-либо ценности.

Разумные инсекты – это лишь созданное по необходимости воплощение общего ментального поля Семьи, заключенное в бренную, ничтожную, легкозаменимую биологическую оболочку. «Мыслящие» появляются, погибают, создаются вновь, их число варьируется в зависимости от условий внешней среды и необходимости текущего момента. Вечен, в понятии инсектов, лишь коллективный разум. Он и есть личность.

Юнг снова сглотнул, взял бокал, залпом осушил его.

Не являясь глупцом, он отчетливо воспринял каждую фразу адмирала, но мгновенно осмыслить «реальное положение дел» оказалось непросто.

– Хорошо. Допустим. Одна Семья – один рассудок, – кивнув, согласился президент. – Но инсекты, вошедшие в состав Конфедерации, на мой взгляд, вполне коммуникабельны! Я лично контактировал с представителями нескольких Семей на заседаниях Совета Безопасности Миров и способен составить на их счет собственное мнение!

Доминик Штейнер невесело усмехнулся.