Капкан на диких охотников

– Понятно, что дело у нас общее, – когда опустошили первые стаканы и стали более разговорчивыми и раскованными, сказал Кирпичев. – Немцы, почувствовав наши активные действия, тоже не сидят на месте. А тут еще наши войска дали им чесу под Москвой.

– У некоторых полицаев стали дрожать поджилки, – засмеялся Антонов. – К нам один их отряд полностью запросился перейти!

Выпили еще.

– Хороший самогон. Жаль, больше нельзя, – сказал Антонов. – Но салом мы должны точно обидеть хозяина! Лучше бы его не нарезал.

Мягкое, шкурка тонкая, прямо в рот просится. Пек мужик ее, видно, на углях.

Уже выходя уже из-за стола, к Анохину неожиданно подошел Аркадий Кирпичев, отозвав чуть в сторону:

– Два дня назад командир разведки из отряда Быкова рассказал мне, что один их хлопец-связник имел такой интересный случай. Хотели в Левках захватить его неизвестные люди, кося под партизан. Уже и засаду подготовили. Только местный хлопчик его спас. Выследили, видно, гады, того связного. Но дело то очень подозрительное.

– И где тот связной сейчас? А место какое? – вспыхнули искрами глаза Анохина.

– В отряде Быкова он сейчас. Наблюдает за тем местом хлопчик местный, что предупредил об опасности. И дошли до меня сведения, что их городская связная исчезла. Та, что должна была передать сведения тому партизану. Мы с тем подпольем тоже держим связь. Я думаю, это тоже связано с тем случаем засады. Очень подозрительно.

И Аркадий Кирпичев рассказал Антонову все известные ему обстоятельства готовящейся засады на связного партизанского отряда Быкова.

– А как бы нам связаться с этим отрядом? – попросил Анохин. – Да еще лучше с тем связным?

Интуитивно Алексей почувствовал в том некую ниточку разгадки, связанную с их заданием.

– Можно… Мы с ними часто стыкуемся на заданиях. И, кстати, я собираюсь быть у них сегодня.

Глава 7

Станислав Вепрович тщательно комплектовал свою особую команду диких охотников. Бывший милиционер, служивший на Гродненщине и уволенный со службы за постоянное браконьерство, а потом работавший на лесопилке в деревне Большое Можейково, он, кажется, ожидал своего часа, когда сможет вернуться на «значимую службу», где его зауважает снова весь люд.

Сын лесника, он имел прозвище Вепр, созвучное с фамилией, сызмальства приноровился к охотничьему делу. Отец часто брал его с собой на охоту, где они не всегда законным путем добывали трофеи, запрещенные законом. Но должность отца позволяла умело скрывать свои дела.