Капкан на диких охотников

Потому боялись, что их может «тот неизвестный» здесь внезапно выследить и задержать. Хорошо, если человек связан с партизанами. А если это предатель, как Савка из деревни Лещи, что занес за немецкие марки собранное оружие полицаям. Жаль было потерять такие отличные трофеи! Ребята решили рискнуть и забрать все это. Всегда брали с собой небольшую саперную лопату, найденную ранее на бывшем поле боя под Александрией. И хотя им пришлось изрядно попотеть, выкапывая в еловом чмуряку (зарослях) новый тайник, зато было сделано, с их точки зрения, – «большущее и важнейшее дело».

Правда, один схрон у ребят уже был на бывшем колхозном скотном дворе в сарае, где раньше размещались колхозные бычки, а теперь дед Трофим иногда прятал здесь трех коней, чудом не угнанных на восток. Там, в стойле под кормушкой, и был сделан их первый тайник.

На окраине ольховых кустов, недалеко от пустого скотного двора, ребята присели в засидке, ожидая, пока в деревне люди сосредоточатся в своих дворах на вечерних заботах, главной из которых было кормление скота.

Чтобы потом незаметно двинуть в свое укромное место.

И, как назло, к скотному двору сейчас шел Жоркин дед Трофим.

– Знаем, чего его сюда понесло, – недовольно улыбнулся Жорка. – Деда думает, что никто в селе не знает, где он прячет коней. Знают люди.

– Кулак твой дед – прихватил сразу трех коней! – шмыгнул носом Генка.

– Какой кулак? Просто он первым увидел их в лесу, наверное, сбежали во время бомбежки, – сконфузился Жорка. – Многие знают, но все делают вид, что и духом не ведают того.

А вот доглядать коней не каждому хочется.

– Но зато клянчат у деда: «Дай, дедусь, коня бульбочку посадить!» И потом уже для них не кулак, а добрейший человек.

– Это точно, – подтвердил Жорка. – Яйца гусиные и утиные даже ему за коней несут. Но дедусю, главное, – сенце подавай!.. А как он любит Рябого!

– Рябой – тягун известный! – понимающе морщил нос Генка. – Ему плуг, что игрушка, прет один – только успевай за ним ходить! А вот говорили люди: его в детские годы волк так покачал в ночном, что шрам на стегне с руку мерой оставил, хотя он уже тогда зубы волку добре посчитал!

– Этот может! – согласился Жорка.

 – Дед говорит, что надо коня одного только оставить, а то на трех сеном не запасешься на зиму. А какого – не решил еще. Этой зимой для прокорма колхозный стог сена на луке остался еще колхозом уготовленный, а дальше что?

– Гляди, гляди! – вдруг дернул Генка Жорку за рукав.