Битва за ясли господни

Увидев князя Меньшикова и графа Титова вместе, сделал вид, что удивлен.

– …А, впрочем, я рад, что так произошло, – сказал он. – Проходите оба. Я думаю то, с чем пожаловал граф Титов, будет не безинтересно услышать и вам, Александр Сергеевич. Я сейчас дам кое-какие распоряжения и вернусь.

«Неужели уже знает? – подумал Титов. – Но, откуда?..»

Граф Нессельроде вернулся через две-три минуты. И прямо от двери сказал:

– Докладывайте граф, что за депешу вы получили из Одессы? – Нессельроде прошел к столу, сел и приготовился слушать.

Граф Титов не стал докладывать. Он просто зачитал депешу дословно, чтобы Нессельроде не смог истолковать его слова как-то по-своему.

– Плохая новость, господа… – задумчиво произнес Нессельроде и добавил: – Этого я и боялся… Европа, как бы нам не хотелось, расценит наше вторжение в Дунайские княжества, как посягательство на суверенитет Турции. И особенно будет стараться Людвиг Наполеон. Ему этого как раз и не хватало…

– Войны? – уточнил князь Меньшиков.

– Конечно, Александр Сергеевич. Война для него сегодня главная цель. Ему необходимо выбить из памяти французов гром пушек и лужи крови на парижских мостовых, оставшихся после восхождения его на французский трон…

– Карл Васильевич, но министр лорд Эбердин заверил меня в том, что Лондон не допустит войны! – неуверенно заявил Титов. – Что же теперь никому нельзя верить?

Канцлер Нессельроде вяло махнул рукой.

– Вы знаете, сударь, почему девице разрешено грешить? Нет? Иначе ей не в чем будет каяться.

Ваш лорд Эбердин говорит одно, а их посол в Константинополе лорд Редклиф делает другое. Я верю депеше Озерова. Только его величеству об этом сообщать, пока не следует, – неожиданно предупредил он. И тут же пояснил: – Государь не совсем здоров, это одно. И другое – надо выждать немного… Наш мир настолько изменчив…

Канцлер Нессельроде не стал пояснять, что он имел в виду, выражаясь по поводу изменчивого мира. Однако и князь Меньшиков, и граф Титов догадались: у канцлера есть потаенная мысль, о которой он не хочет говорить.

Князь Меньшиков и граф Орлов еще не знали, что на 20 июля в Вене намечено проведение конференции представителей Пруссии, Австрии, Франции, и Англии, на которой предполагалось обсудить положение в Европе после ввода русских войск в Дунайские княжества. Турция на конференцию не приглашалась.

Граф Нессельроде надеялся, что в Вене произойдет разлад среди участников конференции, и Турция не будет услышана.