Четыре ветра

– Моя земля рассказывает свою историю, если ее слушать. Это история нашей семьи. Мы сажаем растения, ухаживаем за ними, собираем урожай. Вино я делаю из винограда, выросшего на лозах, которые я привез с Сицилии, и это вино напоминает мне об отце. Эта земля связывает нас, и так уже много поколений. Теперь она свяжет с нами и тебя.

– Я никогда ни за чем не ухаживала.

Он посмотрел на нее:

– Ты хочешь это изменить?

Элса увидела в его темных глазах сочувствие, будто он понимал, чего она боялась всю свою жизнь, но, должно быть, ей это просто почудилось.

– Только так и начинают, Элса. Когда мы с Розальбой приехали сюда с Сицилии, у нас было семнадцать долларов и мечта. С этого мы начали. Но не это обеспечило нам сытую жизнь. Мы владеем этой землей, потому что мы работали ради нее, потому что, какой бы тяжелой ни была жизнь, мы держались этой земли. Она кормит нас. Она прокормит и тебя, если ты ей позволишь.

Элса никогда не думала о земле как о якоре в жизни. Сама мысль остаться здесь и обрести настоящую семью и дом манила так, как ничто и никогда не манило.

Она сделает все, чтобы стать настоящей Мартинелли, стать частью их истории, может быть, даже сделать их историю своей и передать ее ребенку, которого она носит. Она сделает что угодно, станет кем угодно, чтобы эти люди полюбили ребенка безусловно, как своего.

– Я хочу этого, мистер Мартинелли, – искренне сказала она.

Он улыбнулся.

– Я увидел это в тебе.

Элса начала благодарить, но ее прервала миссис Мартинелли, звавшая мужа. Она направлялась к ним, держа корзину, полную спелых томатов и зелени.

– Элса, – сказала она. – Как хорошо, что ты встала.

– Я… проспала.

Миссис Мартинелли кивнула:

– Пойдем со мной.

На кухне миссис Мартинелли достала овощи из корзины и выложила на стол: красные помидоры, желтый лук, зеленые травы, головки чеснока. Элса никогда не видела столько чеснока разом.

– Что ты умеешь готовить? – спросила миссис Мартинелли, завязывая фартук.

– К-кофе.

Миссис Мартинелли замерла.

– Совсем не умеешь готовить? В твоем-то возрасте?

– Простите, миссис Мартинелли. Нет, но…

– А убирать умеешь?

– Ну… Я уверена, что смогу научиться.

Миссис Мартинелли скрестила руки на груди.

– А что ты умеешь?

– Шить. Вышивать. Штопать. Читать.

– Леди. Мадонна миа. – Она оглядела безупречно чистую кухню. – Хорошо. Тогда я научу тебя готовить.