Искатель приключений

– Вы правы, – продолжала она, – здесь ничто не показывает бедности, и это очень просто: прежде мы если и не были богаты, то, по крайней мере, не терпели недостатка… Теперь же мы совершенно разорились, и все, что вы здесь видите, уже не принадлежит нам… Из прежнего состояния у матери моей осталось только одно: право жить и умереть в этом доме…

– О! Боже мой! – вскричал Рауль. – Какая ужасная и незаслуженная бедность!

Он, казалось, колебался с минуту, потом прибавил:

– Если бы я осмелился…

– На что? – спросила Жанна.

– Я богат… очень богат и…

Рауль остановился.

– Что вы хотите сказать? – спросила молодая девушка. – Докончите!

– Может быть, – продолжал кавалер, – может быть, сумма, за которую ваша матушка согласилась бы продать этот дом, не огромна… и тогда…

Рауль опять остановился.

– Тогда? – повторила Жанна.

– Если бы я осмелился… предложить вам…

– Да что же?

– Необходимую сумму, чтобы выкупить дом.

– Но, – перебила девушка, – с какой стати, позвольте вас спросить, сделаете вы нам это предложение?

– Разве признательность, которой я вам обязан, не дает мне достаточного права?.

Жанна побледнела.

– Невозможно, – сказала она, – невозможно, чтобы вы говорили это серьезно!

– Клянусь вам… – прошептал кавалер.

– Не продолжайте, – заключила Жанна, – невозможно, говорю вам, чтобы дворянин осмелился предложить дочери другого дворянина заплатить ей за гостеприимство, которое он получил от нее; это предложение было бы оскорблением, а признательность, если вы думаете, что обязаны мне ею, не выражается оскорблениями!.

Девушка замолчала. Рауль смотрел на нее с восторгом.

XI. Преступный умысел

Наступила минута молчания между двумя действующими лицами из рассказанной нами сцены. Жанна потупила глаза; яркая краска сменила бледность на ее щеках; сердце ее сильно билось, грудь, целомудренно закрытая темным шерстяным корсажем, приподнималась. Она была восхитительна своей непринужденной грацией к величественной гордостью.

– Простите меня, умоляю, простите, если я невольно оскорбил вас…

– Охотно прощаю, – отвечала молодая девушка.

– Правда ли это?..

– Да, клянусь вам… я уже ничего не помню…

– Благодарю!.. Тысячу раз благодарю! – вскричал Рауль.

И он протянул Жанне свою руку, горевшую лихорадочным огнем. Жанна задрожала от его прикосновения и поспешила отдернуть свою руку.