Человек, научивший мир читать. История Великой информационной революции

Католические власти приказывают протестантам – а это более половины населения – под страхом смерти как можно скорее навсегда покинуть город, оставив все, что не смогут увезти с собой. Уезжают и многие католики: они по горло сыты войной и понимают, что ничего хорошего Антверпен в будущем не ждет. Этот небольшой и далеко не самый значительный эпизод Восьмидесятилетней войны становится огромной трагедией для крупнейшей торговой метрополии севернее Альп, еще недавно находившейся на пике роста и успеха. Никогда больше Антверпену не суждено достигнуть прежнего величия.

Спасающиеся от преследований жители – пассажиры карет и всадники – наблюдают странную картину: какой-то безумец не бежит из города, а направляется прямо туда, в лапы жестоких испанцев. Безумца зовут Кристоф Плантен. Он известен в Антверпене как типограф и издатель, основатель и глава крупнейшего в Европе, а то и в целом мире типографического предприятия, наводнившего своей продукцией Старый и Новый свет. По некогда шумному и полному жизни, а теперь стремительно пустеющему городу бродят недобро настроенные солдаты, обстановка гнетущая.

Торговля и производство остановились – люди стараются не выходить на улицу без крайней надобности, все затаились и выжидают, что же последует дальше. Начнутся ли аресты и казни? Последует ли разгром города? Стоит ли бояться за свою жизнь и имущество?

Зачем Кристоф Плантен, недавно переехавший в сытый и спокойный Лейден, возвращается в занятый испанцами Антверпен? Он, конечно, не протестант, а, как сам он постоянно утверждает, вполне приличный католик, но сильно ли это обстоятельство помогало ему до сих пор? Разве не от испанских властей, обвинивших печатника в ереси и измене, ему пришлось скрываться полтора года, потеряв свое только что вышедшее на промышленные обороты предприятие и все имущество? Не он ли дрожал от страха пять лет спустя, каждую минуту ожидая ареста, когда для усмирения Нидерландов там появилась армия герцога Альбы и началась охота за всяческого рода «неблагонадежными»? Разве не испанские солдаты при разгроме Антверпена подожгли типографию, разнесли дом, чуть не убили самого типографа и его семью, а потом забрали все деньги? И не стоило ли ему перед поездкой вспомнить о том, что он был и по-прежнему остается официальным типографом голландских Генеральных Штатов – тех самых, что руководят войной за независимость? Недостаточно натерпелся от испанцев? Совсем не боится за свою жизнь?

Кристофу Плантену уже 65 лет.