Найден, жив! Записки о поисковом отряде «Лиза Алерт»

До темноты полтора часа, аэродром тогда был не освещенный – летать в темноте было нельзя, кроме того, портилась погода, шел стеной дождевой фронт, лететь туда минут двадцать, да еще и толком неизвестно куда, но лечу.

Прилетел на место, вижу – костра нет, только в одном месте черный столб дыма, думаю – это точно не моя бабушка с детьми, но поскольку других вообще нет, думаю, полечу, посмотрю, что там. Оказалось, что черный дым – наш: бабушка не смогла найти ничего другого, чтобы поджечь, и запалила заднее колесо от трактора – у нас же в лесу все можно найти, хоть немецкий танк.

У меня с ней связи не было, потому что это почти нереально – управлять самолетом и общаться с кем-то, и гарнитуры не было. Спасатели ей сказали: „Самолет помашет крыльями и покажет вам направление выхода“. Я увидел, что до ближайшей грунтовой дороги километра два. Развернулся, зашел на их костер, снизился и медленно, на самой маленькой скорости, покачивая крыльями, показал в нужную сторону.

Пролетаю, разворачиваюсь – стоят.

Я второй раз снижаюсь, машу крыльями – стоят. В третий раз спустился совсем низко, сделал страшное лицо, погрозил им кулаком, описал полный круг, и они потихоньку пошли в ту сторону. Я улетал и возвращался, показывал им направление, смотрел на циклон, на приближающуюся ночь…

Они вышли из леса на поле, которое отделяло их от дороги. Я в очередной раз развернулся, смотрю, подъехал уазик, из него вышли ребята в „зеленке“ – видимо, егеря, они тоже меня видят и понимают, что вывожу потерявшихся на дорогу, на это место.

Минут через пятнадцать подъехала „восьмерка“, из нее вышла женщина, и я понял, что это мама: я улетел к лесу, а эта женщина сразу попыталась бежать в ту сторону, в которую я полетел. Я прямо видел, как мужики ее ухватили: „Куда? Еще не хватало тебя там искать!“ Идти детям с бабушкой еще километр, а я сверху вижу и тех и других.

И вот на краю этого мокрого, грязного, обыкновенного нашего поля первым появился мальчишка – он ушел чуть вперед от сестры с бабушкой.

И тут эта женщина вырвалась из рук мужиков и побежала через поле, и я вижу с самолета, как она бежит по грязище, брызги летят, она спотыкается и падает, поднимается и бежит дальше.

Как она рванула к нему… никаких слов не надо, я все это видел с воздуха.

Делать мертвую петлю и стрелять салютами я не стал, но заложил пару вот таких виражей со снижением – мне тоже надо было как-то выпустить свои эмоции…

И только когда увидел эту встречу, я осознал, что я сделал».