Туманность Ориона

А вот это повреждение, – он указал на кратер с закругленными температурой краями, который выделялся светлой язвой на более темном фоне брони, – след удара крупной метеоритной частицы. Значит, корабль дрейфует в пределах звездной системы, причем уже не одну сотню лет. – Вадим чуть отдалил выбранный снимок, прищурился и внезапно добавил:

– Фон странный, Андрей Георгиевич, не находите? Похоже на мощное газопылевое облако. – Вадим чиркнул ногтем по светлому, похожему на едва заметный нимб пятну, которое выделялось в верхней части черно-белого снимка.

 – Облака газа, а сквозь них просвечивает звезда.

«Умно», – мысленно похвалил капитана Покровский. Он знал Вадима уже более десяти лет и был доволен тем, что Полуэктов в очередной раз блестяще подтвердил свою состоятельность, сделав абсолютно те же выводы из снимков, к которым пришел он сам, рассматривая изображения несколько часов назад.

Ладно… Пора было бросать фокусы и переходить к делу. Покровский сел вполоборота, посмотрел на капитана.

Игра начиналась большая, жесткая, и на одной армейской субординации тут не проскочишь.

– Старые гиперсферные аппараты когда-нибудь водил?

– Нет. Теорию в принципе знаю, но практики никакой, – сознался Полуэктов.

– Скверно. А если возникнет такая необходимость? Справишься?

Трудно предугадать, какого ответа ждал Покровский, но Вадим не стал кривить душой, вытягиваясь во фрунт. Просто пожал плечами.

– Не боги горшки обжигают, Андрей Георгиевич.

Если иного выхода нет, то…

Покровский внимательно посмотрел на него и признал:

– Иного выхода действительно нет, Вадим. Сейчас я коротко обрисую тебе оперативную обстановку, а там прикинем, что к чему. Итак, ты уже понял, что меня интересует этот старый корабль?

Вадим кивнул. Что же тут непонятного?

Покровский вынул из кармана прозрачный, герметично запечатанный пакет с заключенным внутри микрочипом.

– Это микропроцессор модулятора частот аварийной связи, – пояснил он, взвесив на ладони запаянный в пластик кусочек кремния.

Тебе необязательно знать все нюансы, достаточно того, что в области, где дрейфует интересующий нас корабль, десять лет назад побывал некий орбитальный штурмовик. Он двигался в режиме слепых рывков. При этом каждый выход в трехмерный континуум обязательно маркируется гиперсферным источником сигналов. Этот чип настроен на частоты связи той планеты, к которой был приписан штурмовик.