Танковая бойня под Прохоровкой. Эсэсовцы в огне

– А почему ты его зовешь комиссаром?

– Почему? – тот, что был с трубкой, крепко прижал табак большим пальцем, улыбнулся и посмотрел на собаку: – Черный от морды до хвоста, а на шее – две красные петлицы!

– Снаружи – похож, но внутри – нет.

– Как внутри?

– Ну, ведь его взгляды, его идеологические убеждения совсем не соответствуют.

– Собаке?

– Нет, комиссару. Глянь на этого малого. Во-первых, он дрыхнет. Во-вторых, мирно лежит у ног немецкого бойца. А в-третьих – машет хвостом, если ты ему что-нибудь говоришь.

Ты когда-нибудь встречал такого комиссара?

– Быть может, один из лучших?

– Да, перебежчик!

Приподнявшийся опять улегся на пол.

Курящий трубку покачал головой, наклонился немного вперед и рукой, почти с нежностью, погладил лохматую шерсть.

Послышались усталые шаркающие шаги.

– Привет, Эрнст!

Курящий трубку перестал гладить собаку, ткнул сапоги перед собой:

– Поднимайся, Цыпа, Дори здесь! – а только что подошедшего спросил:

– Дори, ты почту привез?

Дори покачал головой, извиняясь, пожал плечами и усердно почесал нос указательным и большим пальцами.

– Садись сюда, Дори. Привез новые сортирные новости или надо тебе чего?

Дори подошел, осторожно переступил через собаку и присел на колоду, прислонившись спиной к высокой поленнице дров, стянул с головы покрытую масляными пятнами маскировочную кепку и постучал пальцами по карманам брюк.

– Н-да, новости для обоих, а кроме того…

– Что «кроме того»? – Эрнст усмехнулся и толкнул блондина в бок: – Ну, что я говорил, Цыпа? Этой заднице чего-то понадобилось.

Он протянул Дори пачку «Юно». Тот тонкими пальцами вытянул из нее сигарету, сунул ее за ухо и потянулся за другой:

– Эрнст, одной не хватит, рассказывать долго…

Когда сигарета, наконец, задымила, Дори благодарно кивнул и начал декламировать:

– Не знаю, что стало со мною, печалью душа смущена…

– Дори, заткнись! – Эрнст ухватил сигарету у Дори. – Знаем мы, что ты когда-то ходил в какую-то вонючую гимназию! Давай, не тяни!

– Н-да, как говорится, прошли наши спокойные деньки.

Снова был в штабе дивизии, специальное задание, и все такое… – Эрнст и Блондин улыбались, однако не прерывали. Они знали Дори, который всегда нагнетал обстановку. А что будет дальше – может, и ничего, все-то он видел и все слышал – этот замасленный индивидуалист имеет обширные связи. То, что он узнает, – самые горячие новости! Дори, что касается его информированности, всегда опережает свое время на день.