Воин с Ганио

А на самом деле, пока кристалл не доставлен в Логрис, вообще ничего не произойдет!

– Подожди, что же получается? – Анвар в недоумении рассматривал две модели. – Если современные логры даже не способны сопрягаться гранями, то каким образом они вообще подключаются к общей структуре Логриса?

– Я покажу! – Холмогоров взял два древних логра, поместил между ними современное «изделие», и три кристалла внезапно образовали устойчивую связь!

Анвар перевел взгляд на голографическую модель происходящего. Современное устройство мгновенно активировалось, статичные массивы данных, обозначенные унылыми серыми оттенками, изменили цвет, формируя сложную структуру нейроматрицы!

– Произошла инициализация логра? – предположил он.

 – На основе прижизненных записей в кристалле сформировалась человеческая личность?

– Да. Но, если ты заметил, при такой комбинации матрица личности, возникшая на носителе современного логра, полностью изолирована, каналы обмена данными блокированы двумя древними устройствами! Скажу тебе больше: в условиях «абсолютной памяти» заранее созданные декорации исчезают! Виртуальное пространство формируется в полном соответствии с внутренним миром, истинной сущностью своего «хозяина», – человек в буквальном смысле заперт внутри собственного «эго», без возможности контакта с внешним миром, отрезанный от других «личных вселенных».

– Каждому воздастся по делам его, – невольно вырвалось у Анвара.

Холмогоров удрученно кивнул:

– Да. Ты очень точно определил суть явления!

– Но в чем смысл? Это же чистилище!

– Хуже.

Если мои предположения верны, то матрицы человеческих личностей саморазрушаются спустя некоторое время. Далеко не каждый из нас способен выдержать испытание абсолютной памятью! Задумайся на секунду, представь: у тебя больше нет будущего и настоящего, есть только прошлое. Все, что хотелось забыть, окружает тебя. Мысль скользит от одного воспоминания к другому, а вместе с ними изменяется окружающая реальность. Ты долго выдержишь?

– Не знаю… – честно ответил Анвар.

 – Но ведь это лишь твои предположения. Да и с «чистилищем» я, наверное, преувеличил. Разве в памяти человека нет радостных, светлых воспоминаний?!

– Хватаешься за соломинку призрачной надежды? – криво усмехнулся Холмогоров. – Конечно, есть и добрые, светлые минуты в нашей жизни. Но их так мало! Пойми, присущий людям механизм избирательной памяти – один из главных рубежей нашей психологической защиты! Мы стараемся помнить хорошее и склонны забывать плохое.