Его море

До последнего надеясь, что голос в голове – это всего лишь слуховая галлюцинация на фоне сильной усталости и постоянной бессонницы, Анис долго думает, стоит ли ему вступать в диалог со мной?

– Стоит! Даже если ты будешь просто молчать, я не уйду. Но диалог ведь всегда интересней монолога.

«Замечательно! – Думает Анис. – Я еще ничего не сказал, а мне уже ответили!»

Напряжение наконец-то понемногу спадает. В конце концов, не так страшно, когда тебе отвечают. Куда страшнее, когда тебя не слышат.

– Исчезни, – тихо, на грани слышимости просит Анис. – Мне никогда не хотелось быть особенным и уж тем более сумасшедшим. Обычные люди не слышат в своей голове чужой голос. И, кроме того, что ты говоришь со мной, ты еще и описываешь все, что я делаю. Я улыбаюсь, сажусь или встаю и слышу, как ты дублируешь словами мои действия. Это ненормально, – боясь перейти на крик, Анис ненадолго замолкает. – Вот об этом я и говорю: «боясь перейти на крик, Анис ненадолго замолкает» – зачем это говорить?

– Но разве это не так? Ты и правда боишься перейти на крик и поэтому замолкаешь.

– Так, но я и сам знаю, что делаю! Тебе не нужно говорить об этом.

– Смело, смело.

Понимая, что слабое желание общаться со мной быстро пропало, Анис хлопает дверью, возвращаясь в автосервис. Кому-то нужно остудиться и понять, что невозможно скрыться за дверью от того, кто находится внутри него самого.

Чтобы перестать слышать противный… Противный? Голос, Анис хочет спрятаться в своем воспоминаниях, но сильно заблуждается, думая, что сможет оставить меня на задворках сознания.

Он закрывает глаза, и я вместе с ним переношусь в недалекое прошлое. Передо мной симпатичная девушка. Расчесывая волосы, она фальшиво напевает мотив рождественской песни и, подставляя лицо теплому свету, наслаждается лучами утреннего солнца. От слабого ветерка тюль, заправленный за батарею, пузато надувается и защищает квартиру от вездесущего тополиного пуха.

Одна лямка ночной сорочки спадает с плеча. Заметив это первым, Анис аккуратно возвращает ее на прежнее место. Он еще сонный и по-утреннему ленивый. Совершенно не хочет вставать с кровати, но, все же преодолев себя, пододвигается ближе к девушке и утыкается носом в ее коленку.

Воспоминание пропадает резко, оставляя Аниса наедине с тяжелой, гнетущей досадой. Чертыхнувшись, он раздраженно выдыхает, понимая, что спрятаться от меня не получится.