Страсти по Распутину. Убийство, которое изменило ход истории

Генерал-майор Попов очень деликатно допросил и младшую дочь Григория Распутина, гимназистку Варвару. На момент исчезновения отца ей исполнилось всего 16 лет:

«Зовут меня – Варвара Григорьевна Распутина. От роду мне 16 лет. Вероисповедания православного, крестьянка Тобольской губернии, проживаю в Петрограде на Гороховой улице, д. № 64, кв. 20.

На предложенные мной вопросы отвечаю:

16 декабря сего года я вместе с сестрой Матроной уходила в гости и возвратилась домой около 11 часов вечера. Отец мне ничего не говорил, что в эту ночь он собирается ехать куда-нибудь в гости.

Отца мы застали дома, потом легли спать, и я не видела, с кем и куда именно уехал отец. Князя Юсупова я знаю, он ранее был мне известен под кличкой Маленький, женат на великой княжне Ирине Александровне, а по фамилии его я узнала только после исчезновения отца.

17 декабря, когда отец не возвратился домой, мы заволновались и стали звонить Марии Евгеньевне Головиной, она приехала к нам, и мы были у нее на квартире, сначала она нас успокаивала, а потом переговорила с князем Юсуповым, сама заволновалась.

Больше ничего по делу я не знаю».

Рапорт об опознании найденного ботинка, подписанный надзирателем сыскной полиции.

Генерал-майор корпуса жандармов Петр Ксенофонтович Попов (1868–1920). Именно он вел дело об исчезновении Распутина.

Распутин на Зимней Канавке, неподалеку от дома, где жили мать и дочь Головины, 1910 год.

Дети Распутина: Матрена, Варвара и Дмитрий.

Это фото, обнаруженное уже в наши дни, датируется 1916 годом.

Мария Головина с подругой Александрой Пистолькорс, сестрой фрейлины императрицы Анны Вырубовой.

Кабинет «старца» в квартире на Гороховой, 64 в Санкт-Петербурге.

Косвенные доказательства того, что Распутин уехал с Юсуповым в ночь своего исчезновения, были, конечно, недостаточны для обвинения князя в его причастности к делу. Но тут неожиданно удача улыбнулась подполковнику Попелю.

В то время как генерал-майор Попов утешал дочерей исчезнувшего, Попель допрашивал «мелкую рыбешку», которая знала куда больше, чем ближайшие родственники. Важной свидетельницей по делу оказалась Екатерина Ивановна Печеркина (1887–1956). Ее называли дальней родственницей Григория Распутина, а по факту она была племянницей Дмитрия Ивановича Печеркина (в монашестве Даниила), с которым Распутин начинал странствовать по святым местам.