Взвод. Авторская версия 2019

Рядом разбросаны ветви. Явно делали носилки, используя подручные средства.

Дальнейший осмотр не дал ничего, кроме металлических фрагментов от реактивных ранцевых двигателей.

С борта автоматического испытательного модуля в прыжок ушли двадцать один человек. Его находки подтверждали, что приземлиться смогли лишь шестеро. «Я седьмой», – думал Лозин. В душе еще теплилась надежда: может остальных бойцов взвода отнесло в сторону, за десятки километров от намеченной точки?

Убедившись в тщетности дальнейших поисков, он вернулся к найденной экипировке, проверил автомат, закинул его за плечо и принялся очищать от налипшей листвы кевларовую броню, когда за спиной раздались неосторожные шаги.

Лозин резко обернулся, вскинув «Шторм».

– Жить надоело? – секунду спустя, неприязненно спросил лейтенант, узнав Херберта.

– Нет… – выдавил тот.

– Тогда не подходи ко мне со спины! – сухо посоветовал ему лейтенант.

Херберт не ответил, переминаясь с ноги на ногу.

– Я пришел поговорить, – наконец выдавил он.

– О чем?

– Ты не доверяешь мне. Это плохо.

Лейтенант криво усмехнулся.

– Естественно, не доверяю, – согласился он. – И не смогу, при всем желании.

– Почему? – упрямо переспросил Херберт.

– Потому что НАСА и Министерство обороны Альянса суть не одно и то же, – без злобы пояснил Лозин. – Я знаю, сколько времени требуется для оформления пропуска на выезд за пределы части. Тебя предупредили о ядерном ударе по астероидам не за час до катастрофы, а намного раньше.

В скупой констатации фактов не звучало ненависти, лишь ствол «Шторма» холодно смотрел в сторону американца, выдавая предельное напряжение этих секунд.

Взгляд Херберта потемнел, но внутренняя схватка длилась лишь миг.

– Я боялся. Ты был злым. Но я пришел сюда, чтобы сказать тебе… – Джон мучительно подбирал русские слова, и Лозин, внимательно наблюдая за ним, внезапно подумал: «а имеет ли теперь значение, кто и кем являлся в том невозвратном прошлом?»

«Да, имеет!» – мысленно ответил себе лейтенант, а вслух спросил:

– Ты ведь не сотрудник НАСА, верно?

Херберт вздрогнул.

– Я двадцать лет работал на агентство! – резко ответил он. – У меня было имя и репутация в научных кругах! Но год назад… – он запнулся, затем безнадежно махнул рукой. – Я совершил… как же это сказать? Гражданский поступок!

Иван прищурился, уже догадываясь, куда клонит Джон, но решил не задавать ему наводящих вопросов.

– Ко мне пришли люди из разведки, – продолжил Херберт.