Живой Пушкин. Повседневная жизнь великого поэта

Я попросил чем-нибудь это заесть. Мне дали кусочек сушёной кобылятины; я был и тому рад»; «За обедом запивали мы азиатский шашлык английским пивом и шампанским, застывшим в снегах таврийских»; «На половине дороги, в армянской деревне, выстроенной в горах на берегу речки, вместо обеда съел я проклятый чурек, армянский хлеб, испечённый в виде лепёшки пополам с золою, о котором так тужили турецкие пленники в Дариальском ущелии. Дорого бы я дал за кусок русского чёрного хлеба, который был им так противен».

Правда, позднее Пушкин иначе отзовётся об армянской кухне: отведав баранины с луком, приготовленной старухой армянкой, он назовёт жаркое «верхом поваренного искусства»!

А в Уральске войсковой атаман и казаки славно принимали именитого гостя: дали в честь поэта два обеда, пили за его здоровье. На берегу бывшего Яика казаки угощали гостя свежей икрой из пойманных при нём же осетров, чем и заслужили похвалу поэта.

«И дружеский бокал вина»

Сначала эти разговоры

Между Лафитом и Клико…

    Александр Пушкин

Вина… Можно составить целую энциклопедию вин, любимых поэтом.

Винный этикет пушкинской поры: лафит, французское красное вино из Бордо, должно было подаваться в начале обеда, а искрящееся ледяное шампанское – к завершению.

Бордоских вин, как красных, так и белых, считавшихся эталонными марочными винами, было величайшее множество.

Но ты, Бордо, подобен другу,

Который, в горе и в беде,

Товарищ завсегда, везде,

Готов нам оказать услугу

Иль тихий разделить досуг.

Да здравствует Бордо, наш друг!

Вот красное вино лафит, по вкусу чуть мягче и слаще бургонского. Сохранился заказ поэта в петербургский ресторан. Весьма лаконичный: «Пулярку и бутылку лафиту. А. Пушкин».

Вот красное бургонское – кло-де-вужо. Особенно славилось в 1820-х, приготовлялось из смеси французских сортов тёмного и зелёного винограда. Считалось, что особенно хорошо идёт оно к копчёным угрям…

И конечно же знаменитое французское бордо, лёгкое красное вино.

И я Бордо благоразумный

Уж нынче предпочёл ему.

К Аи я больше не способен;

Аи любовнице подобен

Блестящей, ветреной, живой,

И своенравной, и пустой…

К числу «друзей» поэта, без раздумий, можно причислить и славные игристые вина из Шампани. Великолепная «четвёрка» шампанских вин: аи, названное так по городку французской провинции, клико, моэт и сен-пере.