Живой Пушкин. Повседневная жизнь великого поэта

Как-то забылось, что именно Николай I дал Пушкину способ зарабатывать на жизнь поэтическим трудом! Благодаря императору поэт получал государственное жалованье, был допущен к работе в архивах. И не остался неблагодарным: «…Царь… взял меня в службу, т. е. дал мне жалованье и позволил рыться в архивах для составления “Истории Петра I”. Дай Бог здравия царю!»

Не мог Александр Сергеевич покривить душой перед приятелем, сообщая любезному его сердцу Нащокину радостную весть: возглас поэта полон искренней благодарности! Верно, схожей с теми, ныне неведомыми пушкинскими тостами за государя.

Бокалы, поднятые за царя, могли пениться дорогими винами, а значит, и кипрскими. Удивительно, но Пушкин знал о красном вине «Коммандария», отличавшемся медовым вкусом и загадочным ароматом и не менявшем названия в течение… восьми столетий, старейшем в Европе.

Знакомо было Александру Сергеевичу не только вино, но и средневековые пристрастия. Подтверждением тому «Сцены из рыцарских времён»:

Замок Ротенфельда

Рыцари ужинают.

Один рыцарь

Славное вино!

<…>

Рыцари

За здоровье наших избавителей!

Один из рыцарей

Ротенфельд! Праздник наш прекрасен; но ему чего-то недостаёт…

Ротенфельд

Знаю, кипрского вина; что делать – всё вышло на прошлой неделе.

Кипрские виноделы готовили его из древнейших сортов винограда: «мавро» и «ксинистери». Впервые чаши с благородным напитком рыцари ордена Тамплиеров поднимали за здоровье бесстрашного Ричарда Львиное Сердце под сводами замка Колосси, близ завоёванного им Лимасола…

Не раз и Пушкину доводилось пригубить драгоценное кипрское вино.

«Лайон, мой курчавый брат»

Вина хороши на свободе, но в Михайловском ссыльному поэту до страсти хотелось чего-нибудь покрепче.

«Душа моя, – взывает Пушкин к брату Лёвушке, – горчицы, рому, что-нибудь в уксусе – да книг».

И эти строки тоже адресованы брату из Михайловского: «Пришли мне бумаги почтовой и простой, если вина, так и сыру, не забудь и… витую сталь, пронзающую засмолённую главу бутылки – т.

Лайон, мой курчавый брат

(Не михайловский приказчик),

Привезёт нам, право, клад…

Что? – бутылок полный ящик.

Запируем уж, молчи!

Чудо – жизнь анахорета!

Милый Лайон, Лёвушка, – вот кто превзошёл брата по своей страсти к водке и винам! И сколько раз приходилось Александру на правах старшего урезонивать младшего братца и давать тому своеобразные уроки!

Вспоминает братца, также шутя, поэт и в письме к жене.